Адриан почти кричал, расхаживая взад и вперед по столовой. Все семейство смотрело на него. Мари с трудом сдерживала слезы волнения.

Камилла кусала губы, чтобы не заплакать, хотя делала вид, что читает учебник географии. Она всегда была чувствительной и ранимой девочкой. Это страшное слово «война» звучало теперь повсюду! Волнение отца леденило кровь. Неужели так необходимо, чтобы брат Поль и папа отправились сражаться? Интуитивно, не понимая в полной мере, что такое война, девочка чувствовала, что над ее счастливым детством нависла страшная угроза… Поль упивался словами отчима. Его обазинские друзья, Норбер и Виктор, которые были на год старше, тоже горели желанием ответить на призыв де Голля, чьи слова во многих сердцах разожгли пламя патриотизма. Вскоре мужчины в Коррезе и других городах и весях начнут тайную мобилизацию, в лесах пройдут собрания… Им предстоит многое сделать, создать партизанскую организацию…

Лизон листала иллюстрированный журнал, но мысли ее были далеко. В Бриве и здесь, в Обазине, прежде таком безмятежном, ощущалось напряжение, и это ее беспокоило. Было страшно даже представить, что война со всеми ее ужасами может однажды постучать и в их дверь.

Что до Нанетт, то она при любом упоминании о военных действиях начинала злиться и не стеснялась в выражениях, высказывая свое мнение. Вот и теперь, поскольку Адриан продолжал превозносить инициативу де Голля, пожилая женщина вдруг стукнула кулаком по столу:

— У нас пока все спокойно, даже не скажешь, что в стране война! И надо этому радоваться! Красивые глупости — вот как я назову вашу идею сопротивления! Война четырнадцатого года унесла столько жизней, а сколько еще вернулись домой инвалидами! Если бы мой Жак не лежал сейчас на кладбище, он бы вам сказал то же самое! Но нас, женщин, никто не слушает… Генералы ведут солдат на войну, под пули, и молодых, и тех, кто постарше!

Адриан остановился перед Нанетт:

— Нанетт, вы должны признать, что нельзя мириться с тем, что в стране хозяйничают нацисты! Существуют эффективные методы борьбы, я вас уверяю!

— Гм! — недоверчиво хмыкнула Нанетт. — Скажите лучше — методы уложить рядком как можно больше трупов, и я вам поверю. А вам, как доктору, вряд ли должно нравиться, когда умирают молодые и здоровые парни!

Мари встала и обняла Адриана. Последнее время она пользовалась любым поводом, чтобы побыть с мужем рядом, — так проявлялся ее подспудный страх потерять его. Он понял ее и поцеловал в лоб:

— Спасибо, дорогая! — И продолжил: — Многие из вас, женщин, делают из своих мужчин трусов, которые уклоняются от военной службы, в надежде сохранить им жизнь. Но бывают дни, когда нужно заботиться не о собственной жизни, а о более важных вещах! Дни, когда на карту поставлено будущее целой страны!

Лизон захлопала в ладоши:

— Прекрасно сказано, Адриан! — воскликнула она. — Если бы я была мужчиной, я бы тоже сражалась, как тигр!

Матильда расхохоталась, и ее примеру последовало все семейство: никто не мог представить себе ласковую Лизон в облике грозного воина. Девушка смеялась вместе со всеми.

Когда всеобщее веселье стихло, Поль с задумчивым видом посмотрел в сторону сада. Сегодня в полночь они с Норбером договорились встретиться на дороге, ведущей к Каналу Монахов. Юноша сгорал от нетерпения. Его переполняло желание действовать, он уже не хотел быть прилежным студентом, готовым подчиниться сильнейшему.

Поль зажег сигарету и закрыл глаза. Впереди — больше двух часов томительного ожидания…

Глава 29

Участники Сопротивления

Мари отложила газету. Тишина в доме вдруг показалась ей давящей.