– Но я…

– Ты мне не помешала. – Заверяет Леся. – Этот парень… он… ничего особенного, короче! Таких ещё миллион у меня будет, а подруга одна! – Она сжимает мою руку. – Давай, лучше рассказывай, что стряслось? Ты ушла от Дубровского, да? Он тебя обидел? Расскажи.

Я тяну носом воздух. Такое ощущение, что, стоит мне произнести эти слова, как мир расколется пополам.

Но через пару секунд я, всё же, решаюсь:

– У Никиты роман с другой. Он бросил меня и выгнал из квартиры. Мне негде ночевать, а ещё… я беременна.

– О… – Лицо подруги застывает в немом выражении.

– Да.

Щелчок чайника заставляет её вернуться в реальность. Леся поднимается из за стола, заваривает мятный чай, неспешно разливает по чашкам и садится обратно. Всё это – в тягостном молчании.

– Держи. – Придвигает мою чашку ближе.

– Спасибо. – Киваю я.

Кладу на чашку замёрзшие ладони и чувствую приятное покалывание тепла. Запах мяты щекочет в носу: я так любила этот чай в детстве. Мама часто заваривала мяту, собранную в саду, и подавала к чаю пирожное «Картошка».

– А теперь давай по порядку и в деталях. – Просит Леся, подпирая рукой подбородок. – Как всё случилось, и что ты теперь собираешься делать?

В её глазах сочувствие и поддержка.

Я рассказываю, и каждое слово режет язык и саднит горло. Мне почему то жутко стыдно, что всё закончилось вот так. Стыдно, что я была такой дурой, а теперь оказалась в такой ситуации.

Мы говорим долго и неспешно, проходит час, а, может, два или три. Наконец, мне становится чуточку легче, и я предлагаю пойти, лечь спать, ведь завтра к девяти нужно быть в офисе. Леся помогает мне расположиться, застилает постель, а затем идёт в ванную, чтобы прибраться.

– Иди, оставила тебе чистое полотенце на полке. – Говорит она, возвращаясь.

– Спасибо. – Целую её в щёку. – И спокойной ночи.

– Да не за что. – Тепло улыбается Леся.

Я бреду в ванную, принимаю душ, вытираюсь, а затем, глядя в зеркало на своё измученное лицо, долго чищу зубы. Не знаю зачем, но рука сама дёргает дверцу настенного шкафчика. Внутри я вижу стаканчик со щёткой и мужским бритвенным станком.

Лесины станок и щётка стоят на краю раковины, а тогда эти чьи? Выходит, она специально спрятала их от меня?

«Этот мужчина не должен был прийти к ней на свидание, – осеняет меня, – он уже живёт с ней!»

Мне снова становится неловко. Значит, подруга попросила его сегодня не приходить. Из за меня!

Ужас.

Нужно завтра найти себе жильё.

Я выхожу из ванной. В коридоре темно и тихо. Пробираюсь к своей кровати и вдруг запинаюсь обо что то. Наклоняюсь: мужские тапки. «Эх, Леся Леся!» Могла и рассказать мне. Я ведь твоя подруга. Я бы порадовалась за тебя.

Улыбаюсь.

Всему своё время.

Я рада, что, хотя бы, она счастлива.

Ложусь и закрываю глаза. Сон приходит не сразу.

10

– Привет!

Звонок отца застаёт меня на полпути в офис.

Я только перекинула все вещи в свою машину, завела двигатель и выехала на оживлённое шоссе. Автомобиль чихает и дёргается, явно сопротивляясь тому, чтобы я приехала на работу вовремя.

– Привет, пап, опаздываю в офис, у тебя что то важное?

– Нет. – Его голос сипнет. – Просто… соскучился, ты давно не звонила. Хотел узнать, как твои дела?

Вот это да.

– Всё нормально. – Отвечаю я, лихорадочно пристёгивая ремень. – Как всегда.