Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +

     В основе этого лежит мысль, что жизнь символична, потому что она значительна".
     В этом утверждении, читаемом без затруднения и простом по стилю, много существенных, далеко не сразу понятных наблюдений. В частности, из него следует, что красота, без которой мертво даже самое высокое нравственное утверждение, это свет повседневности, то есть именно та правда жизни, которую ищет и стремится выразить художник, лирик по преимуществу.
     Бессмертное общение между смертными и есть Духовная жизнь, историческое сознание людей. А символичность жизни, иными словами, возможность записать, выразить ее знаком, символом, объясняется тем, что жизнь - значительное, содержательное, осмысленное явление.
     "Доктор Живаго" стал итогом многолетней работы Бориса Пастернака, исполнением пожизненно лелеемой мечты. С 1918 года он неоднократно начинал писать большую прозу о судьбах своего поколения и был по разным причинам вынужден оставлять эту работу неоконченной. За это время во всем мире, и в России особенно, все неузнаваемо изменилось. В ответ менялись замысел, герои и их судьбы, стиль автора и сам язык, на котором он считал возможным говорить с современниками.
     Совершенствуясь от опыта к опыту, текст следовал душевному состоянию своего творца, его ощущению времени. На страницах писем и рукописей, исписанных четким, одухотворенно летящим почерком Пастернака, постоянно упоминается работа над прозой.
     В 1915 - 1917 годах, одновременно с первыми книгами своих стихотворений, Пастернак написал несколько новелл, из которых была напечатана только "Апеллесова черта". Вскоре автор перестал считать удачной не только эту новеллу, но и ее манеру, замысел, подчиненный тогдашнему пониманию задач искусства. Эти мысли высказаны им в короткой повести "Письма из Тулы". Новые взгляды Пастернак стремился воплотить в начатом тогда же романе. Посылая его отделанное начало (примерно пятую часть) редактору и критику В. Полонскому, он писал:
     "Вот история этой вещи. До 17 года у меня был путь - внешне общий со всеми; но роковое своеобразие загоняло меня в тупик, и я раньше других, и пока, кажется, я единственно, - осознал с болезненностью тот тупик, в который эта наша эра оригинальности в кавычках заводит... И я решил круто повернуть. Я решил, что буду писать, как пишут письма, не по-современному, раскрывая читателю все, что думаю и думаю ему сказать, воздерживаясь от технических эффектов, фабрикуемых вне его поля зрения и подаваемых ему в готовом виде, гипнотически и т. д. Я таким образом решил дематерьялизовать прозу..."
     Так появилась известная повесть "Детство Люверс".
     До начала тридцатых годов Пастернак время от времени упоминает о продолжении и развитии сюжетных линий романа.
     Появляются прозаические (1922 год), а затем - стихотворные главы романа "Спекторский" и "Повесть", в начале которой читаем:
     "Вот уже десять лет передо мною носятся разрозненные части этой повести, и в начале революции кое-что попало в печать.
     Но читателю лучше забыть об этих версиях, а то он запутается в том, кому из лиц какая в окончательном розыгрыше досталась доля. Часть их я переименовал; что же касается самих судеб, то как я нашел их в те годы на снегу под деревьями, так они теперь и останутся, и между романом в стихах под названием "Спекторский", начатым позднее, и предлагаемой прозой разночтения не будет: это - одна жизнь" (1929 год).
     Трагические события в истории страны - коллективизация, надвигающийся террор - и происходившая на этом фоне личная семейная драма требовали перелома и в отношении к себе, своей работе.
Быстрый переход
Мы в Instagram