Изменить размер шрифта - +
Теперь главное, чтобы все сыграли свои роли в соответствии с планом. Потому, что если кто-то ошибётся, или я просчитался в расчётах, то мы можем не пережить и ближайшие полчаса — нас растерзает толпа.

А это ещё не самый худший из возможных исходов.

— Ты хочешь сказать что-то в лицо МНЕ? — двери распахнулись изнутри и в проходе появился статный карни. — Да ещё и по правилам клана? Интересно. Очень интересно.

Говоривший был облачён в официальные одежды, которые лишь подчёркивали его силу и мощь. Взгляд при этом оставался спокойным, но от него так и веяло уверенностью. Лёгкая же седина в волосах не создавала ощущение слабости, а наоборот придавала Юлиану авторитета.

Глава клана сделал лишь несколько шагов навстречу Дереку, позволяя шедшим за ним старейшинам выйти, чтобы полукругом встать за своей спиной. При этом сам Юлиан замер не спустившись даже на одну ступень, продолжая возвышаться над сыном. Явная демонстрация доминации. Собственно, как и то что Дерека не пустили в Зал Заседаний.

Если я правильно оценил характер отца товарища, по рассказам последнего, то будь такая возможность, он бы и вовсе проигнорировал приход сына, тем самым показав насколько ему плевать на столь непутёвого отпрыска. Но официальный вызов — громкое событие, которое уже собрало вокруг места действия почти весь клан, а игнорировать своих подданных правителю не стоит.

Собственно по той же причине и устранить нас по-тихому у главы клана теперь не было никакой возможности. Политика она такая — приходится маневрировать.

— Блудный сын. Убийца соклановцев. Вор древней реликвии. Трус и беглец. Ты пришёл что-то требовать от клана, который предал? Твоя дерзость не знает границ! — не скрывая презрения, и параллельно речи морщась, произнёс Юлиан.

Толпа заволновалась, поддерживая слова своего лидера. Даже послышались выкрики, что нечего с нами церемониться и нужно: «схватить и предать правосудию». Очень опасные выкрики.

Пусть нас сейчас защищают «традиции», согласно которым претендент бросивший вызов и его свита неприкосновенны. Но ещё по столице карни я усвоил, что защита «традиций» весьма эфемерна. Во вспышке ярости толпа может забыть о традициях, но вот если народные массы удастся привлечь на свою сторону, то защита «традиций» сможет оградить нас даже от прямого гнева главы клана. Потому, игнорировать настроения окружающей нас толпы нельзя.

— Я здесь, как единственный наследник клана…

— Который убил собственного брата! — не дал закончить Дереку мысль отец.

Обвинение более чем серьёзное. Убийства соплеменников, которые совершил Дерек, вообще плохо влияли на его репутацию. Но именно братоубийство — это вершина обвинений. Но к этому мы были готовы.

— Не Дерек убил вашего младшего сына, а я, — выступил на шаг вперёд я, привлекая всеобщее внимание.

Лидер клана это знал и так. Но вот толпа ахнула с явным удивлением. А я почувствовал, как ненавидящие взгляды сместились с Дерека на меня. Но это и было главным! Мне удалось оттянуть ненависть от товарища.

Конечно, это была лишь самозащита, но я могу понять, если кто-то захочет возмездия. И готов ответить на вызов, если соплеменники погибших попытаются призвать меня к ответу. Вины за мной нет и я отстою свою честь.

— Ты привёл убийцу своего брата на суд? — в надменном голосе Юлиана проскользнула нотка удивления и даже довольства. — Я вижу здесь и смутившую твой разум рабыню. А также кого-то мне неизвестного. Правильно ли я понимаю, что всё это дары клану за прошлые грехи, дабы оправдать твой глупый вызов сейчас?

— Нет! — Дерек оставался внешне спокойным, демонстрируя хладнокровие. Выдержав паузу, он добавил: — Это моя свита и ближайшие сподвижники!

— Свита? — Юлиан хмыкнул с чересчур утрированным пренебрежением.

Быстрый переход