– Как ты себя чувствуешь, доченька? – спросила Джинни.

– Я устала, и не все удается, как хотелось бы, оттого и переживания. Но я постоянно бываю в клинике, показываюсь доктору Орсингеру. Он успокаивает меня, уверяя, что все в порядке. Предпочитаю верить ему, нежели собственным дурным ощущениям.

– И правильно, девочка моя. Потерпи еще немного.

– Немного… – усмехнулась Анна, мысленно прикинув, сколько еще осталось терпеть.

И все-таки Анна в очередной раз уступила уговорам Таннера и согласилась посетить с ним одну из предновогодних вечеринок. Они договорились, что он заедет за ней в восемь вечера.

– Я уже собралась, – объявила она ему по мобильному телефону. – Можешь не подниматься. Я спущусь, когда ты подъедешь.

– Рад, что ты уже готова. Но тебе придется пустить меня. Есть разговор… Важный! – акцентировал Таннер.

– По поводу? – поинтересовалась Анна.

– Приеду – скажу.

Анна открыла Таннеру дверь.

Он вошел и почти с порога спросил:

– Как тебе работается с Филиппом?

– Ты действительно хочешь это знать?

– Иначе бы не спрашивал.

– Плохо, – выдала Анна. – Либо мы не сходимся темпераментами, либо он просто не воспринимает меня всерьез, но мне проблематично общаться с ним. Никогда недослушает, перебивает. У нас с Томасом был конкретный план работы, да ты сам его утвердил, Филипп же поставил все с ног на голову. По-моему, он ставит какой-то свой эксперимент, а что будет с европейским представительством после, его уже мало волнует…

– Я знаю Филиппа давно, он высококвалифицированный управленец, – заступился за своего приятеля Таннер.

– Ты спрашивал мое мнение, – напомнила ему Анна.

– Я не сомневаюсь в твоем суждении, более того, должен признать, что Томас звонил сегодня, говорил примерно то же самое. Ему кажется, что Филипп слишком рьяно взялся за реформирование. Я понимаю так, что сначала все же требовалось оценить действующую ситуацию. Поскольку динамика показателей европейского звена демонстрирует эффективность стратегии и тактики освоения иностранных рынков. Поэтому я решил собрать все отзывы. Филипп сейчас на испытательном сроке. Если он не внемлет, придется отказаться от его участия в делах компании.

– Раз уж мы заговорили начистоту, то должна предупредить тебя, что не стану работать с Филиппом, если ты сохранишь за ним этот пост. Он даже усилий не прилагает, чтобы сработаться со мной и моими подчиненными, а это все, должна заметить, куда как ценные сотрудники. И если ты не пересмотришь свои кадровые решения, наживешь серьезные проблемы. Это я тебе говорю не как обиженный карьерист, а как человек, болеющий за процветание «Дрисдейл электроникс», где я столько лет проработала, – эмоционально подытожила Анна.

– Иными словами, ты ставишь мне ультиматум: либо ты, либо Филипп. А вместе вам не ужиться.

– Скажем так, Таннер: суть ты уловил, – удовлетворенно отозвалась она.

– Вообще-то, ультиматумы – это то, чего я стараюсь избегать.

– Странно, а мне казалось, ты только их мне и предъявляешь, – рассмеялась Анна.

– Я рассмотрю ситуацию с Филиппом, – сухо закрыл тему босс.

Канун Рождества застал Анну, как всегда, в заботах. К традиционным предновогодним присовокупились и хлопоты предстоящего материнства.

Анна нарядила пышную елку, поскольку желала, чтобы это Рождество запомнилось ей надолго. Она даже состряпала три коронных блюда своей матери, которыми та традиционно потчевала свою семью.