– Не слишком-то он управляемый. Так ты не сможешь держать его в руках.

– Но я и не собираюсь ни держать его в руках, ни управлять им.

– Я имею в виду не совсем это. Мужчина должен чувствовать, что всем руководит он, но, если ты управляешь собой, тем самым ты управляешь и им. Сделай так, чтобы он надел тебе кольцо на палец, и вот уж тогда становись, если пожелаешь, его рабыней.

Анна посмотрела на свою руку без перстня.

– Это не существенно. Самый большущий перстень из тех, что ты когда-либо видела за свою жизнь, лежит у меня в банковском сейфе.

Дженифер как-то по-новому, с уважением посмотрела на нее.

– Хочешь сказать, что тебе удалось отделаться от Аллена и оставить себе перстень?

– Он не захотел принять его обратно. Дженифер покачала головой.

– Ты, должно быть, вытворяешь в постели что-то необыкновенное. А уж я-то о себе думала, что умею все.

– Я ни разу не была в постели с Алленом. На мгновение Дженифер лишилась дара речи.

– Вот это и есть самое необыкновенное. Для Аллена ты оказалась твердым орешком.

– Ну-у, боюсь, что для Лайона я никакой не орешек.

– И тем не менее, я скрещу за тебя пальцы . По крайней мере, одно ты сделала правильно – отказалась переехать к нему жить. Я делаю то же самое с Тони Поларом. Он хочет, чтобы я оставила шоу и повсюду ездила с ним. И тоже о женитьбе ни слова. Но кочевая жизнь не по мне. Кстати, у тебя большая квартира?

– Одна комната. Я живу в доме с меблированными комнатами, там же, где и Нили.

– Когда шоу пойдет в Нью-Йорке, мне совершенно негде будет жить, – сказала Дженифер. – Вот было бы здорово, если бы мы могли снять квартирку на двоих.

– Было бы замечательно, но боюсь, мне будет не по карману платить за квартиру даже половину суммы.

– Слушай! – глаза у Дженифер сверкнули. – Меня осенила грандиозная мысль. Ты говоришь, у Нили есть комната. А что если мы снимем квартиру на троих? Тогда нам это было бы по средствам.

– Я бы очень этого хотела, – ответила Анна.

– Через три недели мы возвращаемся в Нью-Йорк. Может, к тому времени ты подыщешь что-нибудь?

– Поищу, но это трудновато. Для Лайона я сразу же нашла квартиру, но мне помог Аллен.

Голубые глаза Дженифер превратились в две узкие щелочки.

– Анна, что ты намерена делать с перстнем? Анна пожала плечами.

– Наверное, оставлю пока в сейфе. У меня нет никакого желания носить его.

– Просто оставишь его лежать? Когда он мог бы приносить тебе доход?

– Как это?

– Продай его, а деньги вложи во что-нибудь.

– Но ведь он принадлежит не мне.

– Ты предложила вернуть перстень, а он не взял его. Теперь эта вещь твоя. И ты заработала ее. Всякий раз, когда ты делишь компанию с мужчиной, которого не выносишь, ты должна что-то иметь за это. Продай его.

Анна подумала о Лайоне. Возможно, Дженифер и права. В конце года, если книга не получится, а у нее будут реальные наличные деньги…

– Может быть, ты и права. Я могла бы продать перстень, положить деньги в банк, и пусть набегают проценты.

– Не вздумай, – заявила Дженифер. – Продай перстень и попроси Генри Бэллами вложить деньги во что-нибудь на рыночных условиях. Через несколько лет эта сумма удвоится. После войны курс на рынке всегда повышается.

– А это не рискованно?

– Сейчас – нет. И если это сделает для тебя Генри – тоже нет. Он говорил мне, что на рынке скоро возникнет бум.