Тем более, что даже в самые счастливые минуты своей жизни, человеку порой бывает довольно трудно отделаться от мысли, что у Судьбы может возникнуть искушение лишить его разом всего.

Фэнтому казалось, что если, как принято считать, что Бог видит все, то Он, должно быть, сейчас смотрит на него и завидует. Подобно тому, как мальчишка наблюдает за цепочкой спешащих муравьев и нарочно давит пальцем именно того, что несете самое тяжелое семечко, так и его не оставляло ощущение, что Божественное Око, возможно, глядит с небес на землю, готовясь уничтожить его.

Или девушку! А что если, им так и не будет никогда суждено быть вместе!

Внезапно он расправил плечи и захохотал, потешаясь сам над собой из-за этого дурацкого бреда.

Ведь он не в сказке, и долина эта самая, что ни на есть настоящая, а не сошедшая со страниц книги мифов и легенд. Горы и деревья — все настоящее, и люди в Долине Счастья ничем не отличаются от остальных!

Так рассуждал Фэнтом, уговаривая сам себя, но затем понял, что мчится во весь дух, чувствуя, как страх, подступающий к самому горлу, вынуждает его бежать все быстрее и быстрее. За ним по пятам гналась тень, она летела вперед, рассудок его помутился, а по лицу струился холодный, липкий пот. И вот внезапно лес перед ним расступился, и он очутился на поляне, перед самой хижиной!

Здесь царили тишина и покой. В небе все ещё догорал розовый закат, но в доме уже был зажжен света, и в окне кухни весело мерцал яркий, желтый глазок лампы; над печной трубой вилась струйка дыма, и поднимались все выше и выше над землей, его белые колечки постепенно розовели. Ветра не было, и дым поднимался до самого неба, подобно дыму жертвенного костра. Фэнтом тихонько усмехнулся.

Он пробрался к окну гостиной и, заглянув в него, увидел накрытый для двоих стол, очаг у противоположной стены, в котором был разведен огонь, и большой белый ковер из овечьей шкуры, кажущийся пушистым облаком, спустившимся прямо с неба на залитый огненным светом. Он вернулся в кухню. Ее не было и там!

— Джо! — позвал он.

Вот, негодница, наверняка прячется где-нибудь, чтобы потом выскочить из-за угла и посмеяться над ним.

— Джо! — окликнул он.

Ответа не последовала, и улыбка на его губах превратилась в застывшую гримасу.

Он заметался по дому, распахивая дверцы шкафов, холодея от охватившего его ужаса и не находя себе место от отчаяния.

Он ещё раз пробежал по дома. Ее нигде не было, и тогда он выскочил на крыльцо и закричал так громко, как только мог:

— Джо! Джо!

Фэнтом сложил ладони рупором и закричал снова. Затем бросился бежать к зарослям, но одного лишь взгляда на неприступно чернеющий частокол деревьев было достаточно, что начинать поиски по такой темноте бесполезно.

Обернувшись, он снова взглянул на дом, и теперь вид поднимающегося дыма, струйка которого над трубой стала заметно тоньше, так как дрова в плите уже догорали, и свет лампы в окне кухни стали для Фэнтома чем-то вроде миража.

Он ещё долго стоял на одном месте, нетвердо пошатываясь, когда со стороны дальней опушки раздался тоненький голосок, окликнувший его по имени. Она звала его! Сорвавшись с места, он кинулся бежать ей навстречу, поминутно спотыкаясь и распахнув объятья.

Девушка же просто лучилась от счастья и с торжествующим видом протянула ему какой-то странный мокрый букет бледно-зеленого цвета, с которого все ещё капала вода.

— Погляди, что я нашла! Это водяной салат! — радостно объявила она.