|
— Я всего-навсего констатирую факты, и ставлю вас в известность о том, что за последние пять лет всякий мало-мальски крупный город в радиусе двух дней пути от этой вашей Долины Счастья так или иначе пострадал от грабителей. А в более крупных городах такие случаи были далеко не единичными. Поймите, я никого не обвиняю, но никто не может запретить мне сопоставлять факты и делать выводы, мистер Куэй. Я просто хотел поделить с вами своими соображениями по этому поводу!
— Шериф, — сказал Куэй, — я потрясен до глубины души, но готов выслушать все, что вы хотите мне сказать.
— Ну так вот вам мой ответ. Вы собрали этих парней и попытались наставить их на путь истинный. Возможно, кое с кем из них вам это удалось. Остальные же откровенно дурачат вас, морочат вам голову, прикидываясь тихими овечками. Строят из себя раскаявшихся грешников, бодро шагающих по пути исправления, а сами при любом удобном случае выбираются якобы «на охоту» и «на рыбалку», в то время, как истинной целью подобных вылазок становится набитый деньгами банковский сейф или лавка богатенького ювелира. Мистер Куэй, послушайте доброго совета. Перестаньте безоговорочно верить всем, кому попало и повнимательнее приглядитесь к своим подопечным. Более чем уверен, что вы заметите за ними много такого, о чем вам захочется незамедлительно рассказать мне!
— Боже мой! — пробормотал Куэй. — Луис, неужели такое возможно?
— Возможно? — переспросил громкий, гнусавый голос Кендала. — Когда имеешь дело с шайкой таких проходимцев, пусть даже и бывших, то возможно все. Как говорится, горбатого могила исправит. Но можете не сомневаться, шериф, мы с них теперь глаз не будем спускать!
— Циник чертов! — чуть слышно пробормотал Лэндер.
Глава 14
Каким бы раздосадованным не был шериф, но этот разговор, похоже, его порядком утомил. Он и его люди согласились задержаться ненадолго, чтобы выпить по чашке горячего кофе, и во время завязавшегося за столом разговора он снова заверил Джонатана Куэя в том, что его откровения вовсе не были вызваны личной неприязнью к кому бы то ни было.
— Шериф, — проникновенно сказал Куэй, — мне кажется, что вы все-таки ошибаетесь; нет, я просто уверен, что вы не правы; но совету вашему обязательно последую и постараюсь быть понаблюдательнее!
Вскоре шериф уехал, отклонив настойчивые приглашения остаться на ночь, объяснив это тем, что не желает тратить время понапрасну и намерениями немедленно отправиться в обратный путь. Не обнаружив беглеца в долине, он был уверен, что Джим Фэнтом, скорее всего, направляется в Спенсервиль, от которого было рукой подать до канадской границы.
Он решил отправиться следом за беглецом, должно быть, рассчитывая, перехватить его по дороге, если Фэнтом все же решит переждать ночь в окрестностях долины.
— Я был откровенен с вами, — сказал шериф на прощание. — Вы хороший человек, мистер Куэй, и слишком известный, что не дает мне права обвинять вас в чем бы то ни было. Надеюсь, что после нашего разговора вы посмотрите совсем другими глазами на кажущиеся привычными вещи. Как знать!
Сказав это, он немедленно отбыл в сопровождении своих подручных, не обращая ни малейшего внимания на их многозначительные взгляды и страдальческие вздохи по поводу предстоящего им долгого пути. Перестук лошадиных копыт смолк вдали, и Куэй открыл дверь убежища, выпуская двоих хоронившихся там беглецов на свет Божий. Вид у него при этом был измученный и печальный.
— Мне пришлось солгать, и вы это слышали, — сурово, почти гневно проговорил он, обращаясь к Фэнтому. |
