Миднайт склонила голову. «А что случилось потом?»

«Я провел восемь лет на дороге, используя свои навыки, чтобы потакать своей страсти, которую я полюбил будучи еще мальичшкой — к путешествию. Но, куда бы я ни пошел, люди везде были одни и те же. Нищета и неравноправие были повсюду. Я надеялся найти дружбу и равенство; взамен я нашел мелочность и эксплуатацию. Я хотел сбежать от своего прошлого и найти место, где ценятся порядочность и честность, но такого места не существует. Не в этой жизни».

Миднайт склонила голову. «Мне жаль, что ты испытываешь такую боль».

Сайрик вздрогнул. «Жизнь это боль. Я принимаю это. Но не жалей меня лишь за то, что я понимаю это лучше тебя. Пожалей себя. Ты познаешь истину, очень скоро».

«Ты ошибаешься. Есть много чего, что ты просто не замечаешь, Сайрик. Тебя лишили множества радостей, которые дарит жизнь».

«Правда?» — сказал вор. «Ты имеешь в виду любовь и смех? Быть может, хорошую женщину?» — Сайрик засмеялся. «Роман это тоже обман».

Миднайт смахнула волосы со своего лица. «И почему ты говоришь это?»

«Мне было двадцать четыре, когда я понял, что моя жизнь не имеет направления, не имеет настоящего смысла. Я вернулся в Зентил Кип, и на этот раз мои попытки найти свое прошлое оказались более удачными. Я узнал, что моя мать была молода и безумно влюблена в офицера зентильской армии. Когда она забеременела, он прогнал ее, ссылаясь на то, что это был не его ребенок. Она была бедной и у нее не было жилья, поэтому она прибилась к каким-то нищим и жила с ними, пока не родился я. Затем вернулся мой отец и убив ее, продал меня. Вполне замечательный сказочный роман, что скажешь?»

Миднайт молчала, уставившись в огонь.

«Я слышал и другие версии этой истории, но истинной я считаю именно эту. Ее мне поведала одна нищенка, которая помогала моей матери, но она не смогла поведать мне имя человека, ставшего моим отцом. Очень досадно. Я бы хотел побеседовать с ним, прежде чем перерезать его глотку».

«В конечном итоге, Марек и Гильдия вновь предложили принять меня в свои ряды, но я отказался. Отказ не был принят, и я был вынужден вновь бежать из города. Однако, когда я покинул Зентил Кип, я почувствовал, словно оставил позади свое прошлое. Я попытался начать все заново и стал жить жизнью воина. Но мое прошлое всегда преследовало меня и заставляло идти все вперед и вперед. С наградой Мистры я надеялся уехать далеко, возможно пересечь пустыню. Я не знал куда я направлюсь — просто в какое-нибудь место, где я смог бы обрести покой».

Миднайт глубоко вздохнула. Сайрик рассмеялся. «Теперь мы знаем секреты друг друга и у тебя больше нет причин беспокоиться об этом».

«Я не понимаю, что ты имеешь в виду», — сказала Миднайт, пытаясь скрыть свою тревогу. «Какой из моих секретов ты знаешь?»

«Только один, Ариель», — сказал Сайрик.

«Ты слышал мое настоящее имя…»

«Я услышал его случайно», — сказал он. «Если бы я смог забыть его, то я сделал бы это, хотя это прекрасное имя». Сайрик сглотнул с трудом. «Никто из живых не знает того, что я поведал тебе. Если ты хочешь погубить меня, я не смогу остановить тебя. Сообщи Гильдии о моем местонахождении и я покойник».

Миднайт погладила его лицо. «Я даже не хочу думать об этом», — сказала она. «Секреты всегда хранятся между друзьями».

Сайрик склонил свою голову. «А мы друзья?»

Миднайт кивнула.