Его живот заурчал, почувствовав запах ее блинчиков с мясом ягненка.

— Это так ты здороваешься? — отрезала она. — Где твои манеры, мальчик.

— Извини, — он повернулся и наклонился к ней. — Как ты?

Она всего лишь фыркнула в ответ, Эдвард выпрямился и внимательно на нее посмотрел. «Да, — подумал он, — она знает, зачем я пришел».

И может он и не был ее любимчиком (это место в ее сердце навеки занял Лейн), но она всегда была одной из немногих, имеющей способность прочесть его как открытую книгу.

— Хочешь чаю? — спросила она. — Он вон там.

Он заковылял в стеклянному чайнику, на который она указала. Чайник был все тот же, он помнил его еще с детства — с квадратным дном, тонким носиком и желто-оранжевыми цветочками из семидесятых, которые за это время поблекли и поистерлись.

— Ты оставила этот стакан для меня? — спросил он и налил себе немного.

— Я не хочу втягивать тебя в свои дела.

— Ты опоздала с этим.

Он добавил лед пластиковыми щипцами из простого ведерка, стоящего рядом с чайником. Сделал глоток и прикрыл глаза.

— По-прежнему такой же.

— А почему он должен быть другим?

Он доковылял до кухонного стола и подсел рядом с ней.

— Где все официанты?

— Твой брат отправил их домой, и сделал все правильно.

Эдвард нахмурился и посмотрел на двери.

— В самом деле, никто не пришел?

— Неа.

Ему следовало рассмеяться.

— Я надеюсь, что мой отец видит это из рая. Или из телескопа в аду.

— У меня нет сил, чтобы сказать тебе, что нельзя говорить плохо о мертвых.

— Сколько времени у тебя осталось? — прямиком спросил он без всяких предисловий. — Обещаю, что не скажу ни слова Лейну.

Глаза мисс Аврора, смотрящие на него, превратились в щелочки. И от ее взгляда, он почувствовал, как сжалась у него задница.

— Поосторожней, Эдвард. У меня до сих пор есть мой половник, и возможно, мой рак сведет меня в могилу, но не так быстро, как ты получишь по заслугам.

— Точно. А теперь ответьте на мой вопрос, и я пойму, если ты солжешь мне.

Мисс Аврора растопырила пальцы своих натруженных рук, упираясь на стол. Ее темная кожа была по-прежнему гладкой, с ровно подстриженными ногтями, кольца не было из-за постоянной готовки.

В последовавшей тишине, он понял, что она пыталась вспомнить, когда солгала ему. Он также понял, что она не будет лгать и выкручиваться сейчас. И также он понял, что она захочет, чтобы кто-то поддержал и подготовил Лейна, и она готова была признать правду: что Эдвард ушел из семьи, по крайней мере, из-за двух причин, которые он не хотел вытаскивать на свет.

— Я прекратила лечение, — наконец произнесла она. — Слишком много побочных эффектов, и оно все равно не помогает. И именно это я имею ввиду, когда говорю, что тебе не стоит ввязываться не в свое дело.

— Время. Сколько осталось?

— Разве это важно?

«Значит, слишком мало, — подумал он. — Нет, думаю, что это не так, на самом деле».

— Я не боюсь, ты знаешь. Мой Спаситель возьмет меня на руки.

— Ты уверена? Даже сейчас?

Мисс Аврора кивнула и поднесла руку к коротким, жестким кудряшкам.

— Особенно сейчас. Я готова к тому, что он придет за мной. Я подготовлена.

Эдвард медленно покачал головой, а потом у него возникла мысль, что если она честно ответила ему на вопрос, то он тоже может быть с ней честным. Голосом, который мало походил на его собственный, он сказал:

— Я, действительно, не хочу снова втягиваться в дела семьи.