— Да, экзамены перед летними каникулами. Они начнутся в ближайшее время.

— Но зачем ей… простите, но насколько я понимаю, Амелию попросили покинуть школу.

— Амелию? Нет. С чего ей покидать школу? На самом деле, она одна из наших фавориток. Я даже вижу ее, когда она станет старшеклассницей, возглавляющей студенческое сообщество. Она всегда всем помогает, всегда готова все объяснить и ведет репетиторское занятия. Вероятно, поэтому ее избрали президентом класса.

Джин моргнула и увидела свое отражение в одном из зеркал, сидя в парикмахерском кресле. Господи, она выглядела просто ужасно. Вчера она не смыла косметику, хотя ее волосы за ночь спутались не очень сильно, но ее лицо… ее лицо выглядело как маска злобного клоуна с расплывшейся тушью и тенями на глазах.

Довольно иронично, что в ее жизни происходит полный бардак, а в жизни ее дочери все хорошо.

— Алло? — произнесла мисс Антле или Антлете, или как там было ее имя. — Миссис Болдвейн?

У этой женщины, явно не было причин ей лгать.

— Мне очень жаль. Но здесь столько всего произошло.

— Я знаю, и мы соболезнуем вам. Когда Амелия узнала, что ее дедушка умер, она захотела вернуться домой на похороны. И мы понимаем, что она также захотела остаться и побыть с семьей, понимаем и готовы пойти ей на встречу. Но нам нужно узнать, как она собирается сдавать экзамены.

— Я поговорю с ней, — Джин, словно со стороны услышала свои слова. — И тотчас же вам перезвоню.

— Было бы здорово. Мы вспоминаем ее. Вы вырастили прекрасную молодую девушку, которая много хорошего принесет в этот мир.

Джин повесила трубку, продолжая смотреть на свое отражение. Потом она направилась к столику на колесиках с косметикой и села напротив в кресло.

Как она желала бы, чтобы у нее появился гуру, который смог бы решить за нее все проблемы и привести в порядок ее жизнь. Можно попробовать различные стили: заботливая мать, харизматичный профессионал, знойная женщина, но не морально разложившаяся тридцати трехлетняя.

Не было у Шанель такого стиля в одежде, который она смогла бы надеть на себя и стать совершенно другой, и это ее, действительно, беспокоило.

И, да, она должна, и она сможет сделать хотя бы первый шаг в этом направлении, во-первых, выяснить, почему Амелия решила, что вранье, будто ее выгнали из школы, будет отличной идеей, заставив членов семьи переживать и страдать, и строить планы, как ее вернуть назад в «Хотчкисс», чтобы она смогла закончить этот семестр… но внезапно акция спасения не потребовалась.

Господи, она даже не знала, где на самом деле находилась эта школа, только код региона.

Она вообще ничего не знала о своей дочери.

Пролистав контакты в телефоне, она нашла номер Амелии. На том конце трубки ее отправили к голосовому сообщению, она отключилась, ничего не сказав.

Где сейчас находилась ее дочь?

Поднявшись на ноги, она так и заснула в чулках, Джин вернулась в спальню и выглянула в главный коридор. Суета, до этого разыгравшаяся в коридоре, затихла или перешла в другое место, Джин была одна, поэтому двинулась к комнате Амелии, постучав в дверь.

Когда ответа не последовало, она приоткрыла дверь и заглянула внутрь. Девушка лежала в своей постели и крепко спала… или, по крайней мере, притворялась, что спала… и она была…. На ней была одета футболка «Хотчкисс», Джин рассматривала ее, дочь лежала к ней лицом, и ее ресницы, которые были такими же длинными, как у Самюэля Ти., бросали тень на щеки.

Амелия нахмурилась, повела бровями и перевернулась на спину. А потом на другой бок.

Глубоко вздохнув, она, казалось, погрузилась в свой спокойный сон.

Джин закрыла дверь ее спальни.

Наверное, лучше привести себя в порядок, прежде чем она на кого-нибудь натолкнется в коридоре.