|
Заметив, что табачный дым попадает в лицо его соседке – усталой маленькой японочке, он попросил извинения, выбил трубку о ручку и сунул в карман. Японочка с боязливым удивлением посмотрела на него; еще никогда никто не просил у нее извинения. На скамейке позади Джона несколько юных гавайцев, украшенных гирляндами, играли на стальных гитарах и пели меланхолическую любовную песенку. Трамвай с шумом несся во мраке ночи, наполненной ароматами; Джон откинулся и закрыл глаза.
Часы пробили двенадцать. «Среда. Сегодня его фирма в Бостоне выпускает привилегированные акции, – пронеслось в голове Джона. – Будут ли они покрыты? Неужели это важно? Ах, не все ли равно!» Он ехал на трамвае по тихоокеанскому острову. За его спиной темнокожие юноши пели старинную заунывную песенку, а луна освещала темно-красные сказочные деревья. И где-то на этом маленьком острове спал под сеткой от москитов человек по имени Томас Мэкен Брэд. Или он бодрствовал и думал о Дэне Уинтерслипе?
Глава ХІІІ. Багаж в комнате №19
На другое утро Джон с трудом мог заставить себя проснуться. «Боже! Уже девять часов. Надо спешить в банк». В первый момент он не мог сообразить, почему над ним сетка от москитов. «Ах, да! Ведь я в Гонолулу». Вчерашний день встал в его памяти. «Он, Джон Уинтерслип, отпрыск почтенной и уважаемой семьи Уинтерслипов, оказался волею судеб спутником и помощником сыщика-китайца, он допрашивал «Вайкикскую вдову», – даму с весьма сомнительной репутацией, он разыскивал следы, заметенные убийцей». Сойдя вниз, он встретил Барбару, похудевшую, бледную и печальную. И снова в нем вспыхнул гнев против убийцы или убийц, оставшихся неизвестными и причинивших столько мук и страданий его кузине. – Ну, что нового? – спросила мисс Минерва, дождавшись ухода Барбары. – Довольно много! – ответил Джон. – Газета с оборванным углом дала нам в руки очень важные нити. – И он передал ей о встрече с миссионером и о том, что в данное время в Гонолулу проживает человек по имени Томас Мэкен Брэд. Несколько минут мисс Минерва молчала. – Так, значит, Дэн был работорговцем, – проговорила она. – Восхитительно! А ведь такой славный малый! Но я уже давно познала жизненную истину: чем яснее улыбка, тем мрачнее прошлое… В дверях появился Хаку и вызвал Джона к телефону. – Я говорил с Чарли Чаном, – сказал он, вернувшись в столовую. – В отеле «Рифы и пальмы» проживает чета Брэдов, и я условился через четверть часа встретиться там с Чаном. – Отель «Рифы и пальмы»? – переспросила мисс Минерва. – Вот видишь, все следы ведут к Эгану. Держу пари, что он убийца. Ставлю полное собрание сочинений Броунинга против одного современного романа. – Проиграешь, тетя! – улыбаясь, ответил Джон.
На морском берегу, неподалеку от отеля «Рифы и пальмы», Джон увидел пожилую англичанку, сидевшую за мольбертом. Она делала попытку закрепить на полотне сказочно-дивный ландшафт, но, заглянув через ее плечо, Джон увидел обычную дамскую мазню. Хэллет с Чаном ждали его в саду. – Чудное утро! – сказал Чан. – Приятный день, чтобы отправиться по новому пути, который неизбежно приведет к важному открытию. Портье отеля сообщил, что мистер Брэд в данное время в отъезде, а миссис Брэд пишет картину на берегу. – Проводите нас в номер девятнадцатый! – властным тоном проговорил Хэллет. У дверей номера портье исчез. – Мистер Уинтерслип, – обратился к Джону Хэллет, – будьте добры встать у окна и наблюдать за дамой, рисующей на берегу. |
