- Сеют! Сами сеют! - восторженно закричал кто-то из школьников.

Алёшину мать этот крик словно вывел из оцепенения. Она вдруг разулась, ступила на засеянный участок и крупно зашагала вслед за сеялкой. Догнала трактор и, не сводя глаз с сына, сидящего за рулём, дошла до конца загона. Здесь трактор развернулся, двинулся в обратную сторону, а Дарья по-прежнему, как заворожённая, следовала за ним.

И, только когда машина остановилась около школьников и тракторист вместе с Алёшей, подняв капот, принялся копаться в моторе, Дарья обрела дар речи.

- Ну, спасибо тебе, мастер - золотые руки! - подошла она к Саше Неустроеву. - Алёшку моего к делу привадил! На тракториста вытянул! Да я тебе за такое не знаю что сделаю…

- Что вы, тётя Даша! - опешил тракторист. - Моих тут заслуг дробь малая. Вы вот кого благодарите!.. - Он показал на ребят, на Марину, на учительницу.

Дарья с недоумением оглянулась:

- Так уж много у него помощников?

- Много, Дарья Гавриловна, много! - засмеялась учительница и протянула ей сапожки. - Да вы обуйтесь, ещё простынете…

- Внимание! Сев продолжается! - закричал Алёша и, запустив мотор трактора, вскочил на сиденье.

Глава 37

ЧЕРЕЗ КРУТЫЕ ПЕРЕВАЛЫ

Если бы кому-нибудь довелось весной побывать в высоковских местах, он мог бы заметить немало любопытного.

Вы идёте, скажем, в высоковскую школу. Припекает солнце, уже слегка пылит дорога, хочется пить, и вы сворачиваете в сторону к родничку, что приветливо журчит у подножия «школьной горы».

Осторожно раздвигаете кусты, ищете глазами берестяной черпачок и замираете: на скамейке сидит мальчик и читает книгу. Ветка калины касается его плеча, шмель трубно гудит над его ухом, но мальчик только зажимает ладонями уши и не отрывает глаз от страницы. Изредка он поднимает голову, смотрит невидящими глазами поверх кустов, шевелит губами и потом вновь обращает глаза к книге.

Так не будем же мешать мальчику!

И вы идёте дальше.

Вот уютная, прогретая солнцем полянка среди зарослей. Здесь бы только резвиться кузнечикам да, забравшись на тёплый пенёк, отдыхать юркой ящерице! Но что это? Белой тесьмой к веткам орешника привязана географическая карта, и группа девочек, окружив её, путешествует по малым и большим рекам, выплывает в синие моря, поднимается на высокие горы. На поляну врывается ветер, карта надувается, как парус, и, кажется, зовёт девочек поскорее отправиться в дальнее плавание.

Пожелаем же им счастливого пути!

Вы приближаетесь к школьному саду и слышите, как за зелёной изгородью чей-то юношеский голос начинает читать стихи. Сначала неуверенно, тихо, но потом всё смелее и громче. К нему присоединяются другие голоса, и вот уже на весь сад звучат стихи Лермонтова о родине:

Не думайте, что это урок коллективной декламации.

Это просто высоковские школьники повторяют очередной билет по литературе.

Где только в эту весну они не готовились к испытаниям: в классах, дома, на лугу, в огородах, на берегу реки!

Восьмиклассники облюбовали себе место в дальнем углу сада. Здесь было покойно, тихо, раскидистая черёмуха отбрасывала густую тень.

Занимались группами и в одиночку, но Митя и Сёма Ушков зорко смотрели, чтобы ребята далеко не разбредались и держались границ облюбованной зоны.

Сегодня, проведя очередную перекличку, Ушков обнаружил, что Алёша Прахов исчез из школьного сада. Он отправился на поиски. Алёшу удалось обнаружить у родника.

- Забыл, как мы на собрании постановили? - набросился на него Ушков. - Заниматься всем вместе, кучно, проверять друг друга!

- Двоек у меня не будет… Головой ручаюсь! - заверил Алёша.