Изменить размер шрифта - +
Так че ж мне мучиться? Язык картавый мое горло не хочет усваивать. Хапнула свою заначку, мне Жиль выдавал денежки, а я экономила. Знаешь, Владка, у них в центре одна и та же вещь стоит раза в три дороже, чем на окраине! Так я в крутых бутиках никогда не покупала шмоток, а ему говорила…

Встреча подруг была бурной и громкой, так ведь не виделись-то три года, с тех самых пор, как Мила уехала к жениху во Францию. Перезванивались, конечно, по скайпу болтали часами, а недавно Мила ни с того ни с сего завыла в трубку: «Домой хочу-у-у! В родную Рассею…» Так выяснилось, что бросает она своего француза, но он об этом не догадывался. Обе девушки из одного провинциального города, точнее — дыры, где ни работы, ни перспектив, ни надежд, даже мужиков на всех не хватает. Мила на семь лет старше, стало быть, умней, ну и опытней, само собой. Если Влада — воплощение мужской мечты: что мордаха отпадная, что формы сочные, то ее подруга — двойное воплощение, это если брать в расчет только тело. А вот визаж (личико) так себе — нос картошкой, щеки надутые, лоб узкий… Одно хорошо: Милу бог не обидел мозгами, а то совсем была бы тоска.

Бирюза заструилась по роскошному телу Влады тончайшим потоком, переливаясь лазурными оттенками, а Мила, снова постукивая себя по груди, дабы проглотить плохо пережеванный кусок, одновременно показала второй рукой большой палец.

— Даже не знаю, какое взять… — растерялась Влада.

— Оба. Бери оба платья. Ты в них — супер.

Влада тратила денежки с осторожностью, лишнего — ни боже мой, поэтому они у нее водились, но сейчас она была готова потратить любые деньги на эти наряды! Хорошая фирменная шмотка превращает мартышку в богиню, разве не так?

— А сколько это стоит? — перешла практичная Влада на деловые рельсы.

— За что купила, за то и отдам. Без наценок. На подругах не наживаются, короче, в переводе на рубли это будет… будет… по три штуки.

— Шутишь?! — вытаращилась Влада, но и обрадовалась одновременно. — Шесть тысяч за оба?! Всего?!

— Все тряпки с распродаж, там есть маленькие ляпы, вот и кинули платьица за бесценок. Я много классных шмоток привезла по бросовой цене…

— О да! — вставила Влада. — Как дотащила три здоровенных сумки?

— Своя ноша не тянет, — рассмеялась Мила. — Две сумки шарфиком перевязала и на плечо повесила, одна в руке, еще и свободная рука образовалась. Магазин хочу открыть… м… элитный. Стану ездить во Францию и Италию, теперь знаю, где можно купить по дешевке качественные подделки. Влад, а Влад, ты не против, если я у тебя поживу немножко? В нашу дыру ехать неохота, там ловить нечего, а здесь нужно осмотреться, квартиру найти, помещение под бутик…

— Пф! Конечно, живи, сколько хочешь, — согласилась Влада, прикинув, что и бытовые тяготы можно разделить на двоих. — Я безумно рада, что ты приехала! Ну, давай еще по бокальчику шампанского вмажем?

— Я коньячку… Не люблю шипучие напитки.

Мила налила себе «Наполеона», привезенного из Франции, подружке — шампанского, чокнулись. И так хорошо пошло питье, что обе рассмеялись без причин. А потому что молодость, потому что снег идет, с завтрашнего дня начинается новый отсчет времени, значит, впереди масса перспектив, выстроенных в уме в стройный ряд. Эти перспективы больше туманные, эдакая маниловщина в женском варианте, тем не менее они пробуждают кипучую энергию, которой нужно только дождаться часа… а час наступит где-то впереди, в новом году.

 

Не успели перекинуться парочкой фраз, темно стало, зимой темнеет рано. Девушки нарядили елку — ее Влада купила еще двадцать пятого, выпили кофейку и начали готовиться к встрече Нового года, а то как-то неправильно — без праздничного застолья.

Быстрый переход