— Йен Мортон слушает. — Знакомая напевность файфширского акцента.

— Мистер Мортон? Это сержант Макрай, мы с вами встречались на прошлой неделе. Помните, вы мне рассказывали о своем учителе…

— Да, конечно, сержант Макрай. Я слежу за этим делом по газетам. Какой кошмар, верно?

— Ваш учитель Эдвард, а фамилия?

— Николь. Эдвард Николь. — Пауза. — А что?

— А девочку как звали?

— Элизабет. Очаровательная девочка, она была на нашей серебряной свадьбе и…

— Элизабет когда-нибудь говорила о брате и сестре?

— У нее не было… А… вы имеете в виду до того, как ее удочерили? Она мучилась ночными кошмарами из-за своего братца. Прекрасно помню, как Эдвард рассказывал, что девочка просыпалась с криком. Из этого я сделал вывод, что парень пошел по стопам своего… Как это теперь называют? Биологического отца? У нее было довольно трудное детство, так что…

— Вы не знаете ее старую фамилию?

Старик начал немного волноваться:

— Я… я не могу… послушайте, к чему это все?

— Это очень важно.

Вздох.

— Мне кажется, у нас это где-то записано, но….

— Вы не могли бы выяснить для меня?

— Что? Ну… мне пора на прием к педикюрше…

— Я думал, вы всегда хотели помочь в расследовании убийства.

В мелодичном голосе Йена Мортона неожиданно зазвучала решительная нотка:

— Да, конечно. Не беспокойтесь, вы можете на меня рассчитывать. И плевать на мозоли!

Старейший представитель гильдии мясников свое слово сдержал. Он перезвонил через двадцать минут. Голос был сбивчивый.

— Пришлось… пришлось покопаться в архивах… Просмотреть все стенограммы за… за 1996 год. — Он немного помолчал.

— Мистер Мортон? Вы в порядке?

— О… простите, у меня что-то с горлом. Ангина, да… В записях значится, что Эдвард Николь удочерил дочь человека по имени Джеймс Сотер. Он не был членом нашего Объединения, но работал на скотобойне помощником мясника. — Еще одна пауза, но на этот раз Логан услышал в отдалении шипение ингалятора. — Здесь сказано, что с ним произошел несчастный случай на производстве — он попал под зубцы и потерял большую часть руки. Совет побеспокоился об Элизабет, и Эдвард ее удочерил.

Логан торопливо записывал в блокнот.

— А что насчет ее сестры и брата, что с ними случилось?

— Здесь сведения только про Элизабет.

— Большое спасибо, вы мне очень помогли. — Логан уже собрался отключиться, но вдруг сообразил, что не успел задать еще один вопрос: — А на какой скотобойне работал этот Сотер, как она называлась?

— Это была новая скотобойня. Как же… память отказывает… где-то в Терриффе… Ну, во всех газетах было…

— Скотобойня «Алаба»? — Бинго.

— Ага, точно она. Никогда не понимал, почему они не могли написать слово «Алба» правильно? Кто-нибудь должен же был сделать им замечание.

Логан ворвался в кабинет старшего инспектора. Бейн и начальник полиции Фолдс беседовали, а маленький толстый Алек играл крышкой от объектива — снимал, надевал, снимал, надевал…

Фолдс улыбнулся и протянул сержанту чашку чаю. Холодного.

— А… как раз вовремя. Я бы хотел услышать твое мнение…

— У нас есть подозреваемый.

— Ух ты! Подожди, не сразу… — Алек нажал на кнопки и пошуровал с фокусом.