Книга Дом разделенный читать онлайн

Перл Бак. Дом разделенный

Дом земли – 3

I

Так Ван Юань, сын Вана Тигра, впервые ступил на порог глинобитного дома своего деда Ван Луна.

Вану Юаню было девятнадцать, когда он вернулся домой с Юга и поссорился с отцом. Однажды зимним вечером, слушая, как завывает в оконных решетках северный ветер, то и дело приносящий снег, Тигр сидел один в большом зале возле жаровни с полыхающими угольями и по своему обыкновению мечтал о том времени, как сын его вернется домой взрослым мужчиной, готовым возглавить армию отца и повести ее к победам над теми врагами, которых Тигр успел нажить, но не успел одолеть, ибо старость одолела его первой. В тот вечер сын Тигра нежданно-негаданно вернулся домой.

Он стоял перед отцом, и Тигр увидел на нем незнакомую солдатскую форму. То была форма революционной армии – злейших врагов всех военачальников, подобных Тигру. Когда до старика окончательно дошел смысл происходящего, он вырвался из забытья, с трудом встал на ноги, дрожащей рукой схватил лежавший подле узкий острый меч, уставился на сына и решил убить его, как врага. Тогда сын Тигра впервые дал волю гневу, который до сих пор не осмеливался показать отцу. Он распахнул синюю куртку и обнажил перед отцом юную грудь, смуглую и гладкую, и вскричал громким юным голосом:

– Я знал, что ты захочешь убить меня, – это твое старое и единственное средство! Что ж, убей!

Однако, произнося эти слова, юноша понимал, что отец не сможет убить его. Он видел, как вскинутая отцовская рука медленно опустилась, повисла, и меч упал на пол. Уверенно глядя в глаза отцу, сын видел, как тот прикрыл рот рукой, пряча дрожащие губы.

В эту самую минуту, когда отец и сын стояли друг против друга, в большой зал вошел верный слуга с заячьей губой, служивший Тигру с младых лет. Он принес хозяину горячее вино, которое тот всегда пил перед сном. Молодого человека он не увидел вовсе, а увидел лишь своего старого господина, его слабое потрясенное лицо, искаженное гримасой убывающего гнева, и зрелище это заставило слугу вскрикнуть, со всех ног броситься к хозяину и скорей налить ему вина. Тотчас Ван Тигр забыл о сыне, потянулся дрожащими руками к чаше, поднес ее к губам и стал жадно пить, а верный старик снова и снова подливал ему из оловянного кувшина. Снова и снова Тигр бормотал: «Еще вина!.. Еще!..» – и забыл о слезах.

Юноша стоял и смотрел. Он смотрел на двух стариков, один из которых, утешившись горячим вином, вел себя как неуемное дитя, а второй то и дело подливал ему из кувшина, и безобразное рассеченное лицо его морщилось от нежности. То были всего-навсего старики, и даже в такой важный миг головы их занимали мысли лишь о вине и утехах.

Молодой человек понял, что о нем забыли. Сердце его, минуту назад жарко колотившееся в груди, остыло, а ком в горле вдруг растаял и превратился в слезы. Однако Ван Юань не дал воли слезам. Тут ему пригодились суровость характера и военная выучка. Он наклонился, подобрал с пола сброшенный пояс и без слов пошел, держась очень прямо, в комнату, где в детстве занимался со своим молодым воспитателем, ставшим позднее его начальником в военной школе. В темноте комнаты он ощупью нашел стул возле парты, сел и наконец позволил своему телу обмякнуть, ибо дух его был сокрушен.

Он думал, что напрасно так пылко боялся своего отца и так пылко его любил, напрасно бросил ради него своих товарищей и правое дело, в которое верил. Вновь и вновь перед глазами вставало только что увиденное зрелище, ведь старик до сих пор сидел в большом зале и пил вино. Ван Юань посмотрел на отца новым взглядом и с трудом мог поверить, что это тот самый Тигр. Ведь он с детства страшился отца и вместе с тем любил его, пусть неохотно и с тайным внутренним сопротивлением. Он страшился его внезапных приступов ярости, и гневного рева, и свиста блестящего острого меча, который тот всегда держал под рукой.