|
Впечатление было бы совсем иным, если бы Матт бессмысленно пускал пузыри на больничной койке.
Матт стиснул подушку. Точно так же он обнимал когда-то плюшевого мишку, пока не вырос из подобных глупостей. Ему казалось, будто его сталкивают с высокого обрыва. А надо было еще задуматься над печальной судьбой других клонов.
«Моих братьев»,— подумал Матт.
Вспомнив свою преданность человеку, сотворившему его, Матт содрогнулся. Эль-Патрон любит его, но он полон зла.
«Трудно представить себе человека более злого, порочного и себялюбивого»,— писала Эсперанса в книге о стране под названием Опиум.
Прочитав эти слова, Матт со злостью отшвырнул книгу прочь. Но тогда Матт был еще маленьким мальчиком. А теперь стал мужчиной — или кем-то наподобие этого. А мужчины, часто говорил Тэм Лин, не боятся смотреть правде в глаза.
Селия и Тэм Лин зашли пожелать Матту спокойной ночи.
— Да у тебя лихорадка! — вскричала Селия и побежала заваривать травяной чай. А Тэм Лин стоял молча и смотрел. Силуэт телохранителя грозно темнел в дверном проеме, и Матт вспомнил двадцать ребятишек, убитых бомбой, предназначенной для английского премьер-министра .Когда Селия вернулась с чаем, Тэм Лин пожал плечами и сказал:
— Отвечаю на твой вопрос, парень. Тебе четырнадцать лет.
Потом он вышел из комнаты и направился в тщательно охраняемое крыло, где обитал Эль-Патрон.
20
Эсперанса
Матт проснулся больной, в лихорадке. На грудь словно положили тяжеленный валун. И столкнуть его можно было только одним способом — убедиться, что страхи его необоснованны. Он мог бы спросить Селию, но боялся ответа.
Матт чувствовал тяжесть устремленных на него невидимых глаз. Быть может, в эту самую минуту кто-нибудь следит за ним через видеокамеры, а может, комната слежения пуста. Узнать наверняка невозможно. Может, там сидит Фелисия, зябко кутается в шубу и придумывает, как его, Матта, уничтожить...
Спросить Тэма Лина? Но Матт не знал, как сформулировать вопрос: «Кстати, меня не собираются пустить на бифштексы?»
Но еще страшнее был бы возможный ответ телохранителя: «В самую точку попал, парень. Я всегда говорил, что голова у тебя светлая».
Какую меру правды он способен выдержать?
Однако стоило Матту подняться, и настроение его заметно улучшилось. Горячий душ и французские тосты на завтрак развеяли ночные страхи. Какой смысл Эль-Патрону давать хорошее образование тому, кто предназначен на запчасти? Трансплантатам не нужны отличные отметки. Матт пошел на конюшню и велел привести послушную лошадку.
Над маковыми полями стелился туман. Так часто бывало ранним утром, когда дождевальные установки увлажняли холодный воздух над землей. Вскоре солнце развеет туман, но сейчас он разливался молочным морем, укутывая до колен ноги едущего верхом Матта. Удивительно и странно было ехать сквозь туман, видя перед собой только голову и загривок лошади. Будто плывешь по заколдовапному озеру.
«Мне четырнадцать лет,— подумал Матт.— Я уже взрослый».
От этой мысли он почувствовал себя сильнее: в Средние века принцы шли на войну в его возрасте, а то и моложе...
В оазисе было тенисто и прохладно. Недавние дожди наполнили пруд, и теперь он плескался у самого подножия виноградной шпалеры. Матт перетащил металлический сундук повыше, разделся и вошел в воду. Тэм Лин, иногда разрешавший Матту делать опасные вещи, предостерегал его от купания в этом пруду: местами дно уходило на неведомую глубину. Но Матта опасность только привлекала.
По-собачьи, фыркая и отдуваясь, он переплыл пруд. Из-под рук стремглав разлетались стайки перепуганных рыбешек. Матт выбрался на берег и сел возле креозотового куста. Было немного зябко. Вскоре солнце нагреет землю, но пока что в пустынном воздухе еще держалась ночная прохлада. |