Как только машина остановилась, он первым покинул ее салон. Моргана, притворно вздохнув, последовала за ним. Сегодня на ней было длинное черное воздушное платье, которое внезапный порыв ветра, заблудившийся среди улиц города, не преминул задрать так высоко, что черное полупрозрачное белье, надетое на нее, не разглядел лишь ленивый. Женщина, не обращая внимание на небольшой казус неспешно, словно специально давая окружающим еще более внимательнее разглядеть ее тело, прижала непослушное платье к ногам и, даже ни на грамм не смутившись, демонстративно подхватив наемника под локоть, двинулась рядом с ним, плотно прижимаясь к его телу бедром.

Домовой вздохнул. Ему бы не хотелось афишировать то, что сейчас выставляла напоказ Моргана. Слухи еще пойдут, шепотки… Ему б поскорее разделаться с делами да свалить в свою уютную берлогу, а тут, того и гляди, еще и на пару дней задержаться придется, а то и любовная линия нарисуется, а оно ему надо? Нет. Так, ночку, другу провести вместе, не более. Семьей Домовой пока не планировал обзавестись да и какая семья у наемника? Бред, чушь! Он постоянно в дороге, всегда в опасности, какая женщина с таким смирится?..

– Это тут, – остановившись у огромных амбарных дверей какого то склада, проговорила хозяйка борделя, осматривая ворота. – Один из торговцев проговорился, что видел, как сюда ящики с патронами свозят. Мы не вскрывали, не проверяли, но по описанию именно то, что ты ищешь…

– Будем надеяться, – цокнул языком наемник и дернул валяющейся на земле трубой здоровенный замок, который тут же, жалобно звякнув, остался висеть на сорванной дужке.

Сняв бесполезную теперь уже железяку, он дернул створку ворот на себя и открыл склад.

– Какого?.. – начал было Домовой, рассмотрев деревянные зеленые ящики, уложенные в штабеля.

– Что то не то? – взволнованно поинтересовалась Моргана.

– М м мать!! Это же четырнадцатый калибр! Да еще и МДЗ шки! Агрх! – присмотревшись к маркировке, добавил Домовой.

– Ну и? – не понимала женщина причин расстройства Домового. – Хм… Они что, какие то не такие, что ли?

Наемник выругался, почесал лоб.

– Я думал тут «двенашки» от Корда какого нибудь… А это ж от КПВТ!

– Ну, так 14 больше, чем 12 же, или я что то не понимаю…

– Да, – замялся наемник, – но четырнадцатый калибр не так просто продать, а эти еще и не простые, а зажигательные, мгновенного действия…

– Не понимаю, – нахмурилась женщина, вновь прижимая платье, которое ветер опять попытался задрать ей по самые подмышки.

– Ну, смотри, – обходя большое помещение по кругу, изучая товар, начал объяснять Домовой. – Вот у тебя девочки сколько стоят на ночь?

– Десять тысяч, – гордо ответила Моргана, проходя под крышу грязного помещения.

– Во о о от… – эхом прокатился голос из глубины бетонного мешка. – А представь, что у тебя девочки по десятке и одна по сотне, причем ей восемнадцать лет и она вся такая бомба, что ее все хотят, но из за дороговизны прихожие мужики пользуют женщин постарше и подешевле. Понимаешь? И лишь какой нибудь банкир, раз в год заглянув к тебе, закажет эту цацу…

– Теперь поняла, – поправила прическу женщина, сообразив, что пытался разъяснить ей наемник, показавшийся уже у другой стены, обойдя склад по кругу и вернувшись к дверям.

– Специфический товар, короче, особенно здесь. Четырнадцатым калибром мало кто пользуется, только вояки, наемникам они слишком дорогие и редкие, так что… Это, блин, нужно везти их в столицу и там на аукционе ждать месяц, а то и два… Мда а а а.

Домовой уселся на крышку ближайшего ящика и задумался. Что делать с товаром? Конечно, такие снаряды, а пулями назвать эти дуры было сложно, на рынке ушли бы по тридцать тысяч за ящик при лучшем раскладе, и при других обстоятельствах он радовался бы удаче, но сейчас все упиралось во время.