– Alarma!!! – кричит фальцетом, – Republicanos.

Брехт рядом совсем оказался. Сбил его с ног короткой очередью из «Чикагской пишущей машинки». И свалился на вытоптанную прошлогоднюю траву, потому как увидел, что Светлов в палатку с «ранней пташкой» закидывает гранату. Чуть не залпом. Но бабахнуло классно. Прямо звон в ушах. И засыпало песком и ещё чем-то мокрым всего. Из палаток выскакивали и выползали, и попадали под пистолетные выстрелы, испанцы, но было их не много. Потом уже сообразили Брехт с бывшим хорунжим, что этот «Alarma!!!» им на руку сыграл, всё же, по большей части осколки от Ф-1 летят вверх и в стороны. И кинуть гранату в палатку с лежащими людьми идея была не самая лучшая. Парочку зацепит, ну троечку, а над остальными просвистит, и в лучшем случае оглушит и дезориентирует, а тут Алярму крикнули и народ подорвался. И нахватался осколков.

Добили, вытащили из палаток. Получилось двести тринадцать человек, из которых тридцать один – офицеры. Правду говорили, что в армии у националистов офицеров больше, чем солдат. Зашли крайне удачно. В стоящем чуть поодаль сарайчике наспех сколоченном нашли тридцать ящиков патронов. Там же в пирамиде стояли и винтовки. Винтовка интересная, нет, сама по себе в разы хуже Арисаки, но интересна её история. Итальянская Carcano под патрон 6,5 × 52 мм. Та самая Каркана, из которой убили президента Кеннеди. Ли Харви Освальдом в Далласе именно из неё и стрелял. Там же был в сарае и пулемёт запасной. Вот пулемёт хороший. В огневых точках, что уже зачистили и здесь в сарае были новейшие немецкие MG 34. Их ещё толком в самой Германии в армии нет, а сюда поставили. Это понятно. Немцы обкатывают и ищут детские болезни у новой технике. Здесь же и ящики с патронами с немецкими орлами. Рядом со складом оружейным и склад продовольственный. Две палатки. И там полно всего, в том числе и итальянская тушёнка. Круп разных десятки мешков, галеты американские. Как теперь всё это богатство дотащить до своих позиций? И две полевые кухни жалко бросать. Новенькие немецкие.

– Иван Ефимович, нужно всю бригаду сюда гнать. Столько добра. Давайте так, вы пока мародёрствуйте. Посмотрите для наших чего ценного. Да, про ордена не забудьте. А я с Мишкой Чуваком в Бельчите, народ поднимать на экспроприацию. Думаю, тут всю бригаду нужно звать. Столько добра привалило. Стоп Иван Ефимович, а ведь на аэродром можно прогуляться в их форме. Присмотрите для наших десятка три комплектов по размеру. Лучше офицерские. Для солидности.

– Хорошо, выберем. Благо с мёртвых не снимать. Поторопитесь. Шумели много. Должны подойти франкисты посмотреть, что случилось. Я команду дам, пулемёты сюда перенесём. Если дуриком, как ты выражаешься, попрут, то встретим из трёх пулемётов.

– Правильно.

– Да, Иван Яковлевич, ты сюда Акимушкина Сашку пошли, не дай бог «Тетушки» пожалуют пока мы тут на открытой местности.

Событие шестидесятое

Сторож музея восковых фигур никогда не спит. На всякий случай следит за Гитлером…

У Гитлера было два двойника, три тройника и один удлинитель.

Начальник Штаба заместителя фюрера Рудольфа Гесса и его личный секретарь уже больше года выполнял обязанности и личного секретаря фюрера. Вообще, Мартин Борман был ещё и бухгалтером Гитлера: осуществлял контроль за его финансами – доходами от продаж «Майн Кампф» и размещения его портрета на почтовых марках. Ещё Борман возглавлял Немецкий торгово-промышленный фонд Адольфа Гитлера, куда в первую очередь для нужд последнего поступали средства от немецких промышленников. На эти деньги в позапрошлом году в Бергхофе началось строительство резиденции фюрера в Оберзальцберге. В начале 1930-х годов Гитлер приобрёл поместье, которое с 1925 года снимал для отдыха. С назначением рейхсканцлером фюрер намеревался расширить и перестроить особняк, поручив работы Борману.