Он затормозил на обочине, опустил окно и приготовил документы. По правилам в США водителям во время остановки не положено выходить из автомобиля. Стоит только покинуть салон, как полицейские могут открыть стрельбу. А копы в этой стране бояться каждого чиха. У них строгие инструкции, которые подразумевают открытие стрельбы из пистолета по любому подозрению. Причём их учат стрелять на поражение. Но не сама стрельба пугала Фиксова, а её последствия. Полицейский — это не бандит. Его убийцу будут искать до последнего.

— Патрульный Стиф Роджер. Сэр, положите руки на руль. Медленно правой рукой достаньте документы и протяните их мне.

Патрульный забрал документы и посветил в лицо Степана мощным фонарём.

— Сэр, выйдете из машины и положите руки на капот.

«Приплыл котёнок!» — подумал Степан, выходя из пикапа.

Ствол и нож он спрятал под сиденье, оттого сильно нервничал. Если полицейский сейчас начнёт обыскивать салон — он обязательно обнаружит оружие. На ноже остались следы крови, а по пороховому нагару на пистолете сразу заметно, что из него недавно стреляли. С такими уликами не нужно быть гением, чтобы прийти к закономерному выводу.

— Сэр, что у вас в кузове? — полицейский держал Степана на прицеле пистолета. — Открывайте!

Степан покорно прошёлся вдоль автомобиля, стараясь не провоцировать копа. Он до последнего надеялся, что его пронесёт. Но надежда, как он знал, разбивается о реальность, поэтому на всякий случай создал в кустах на обочине четверых двойников.

Он неспешно откинул задний борт кузова и сдвинулся в сторону. Полицейский осветил фонарём внутренности кузова. Тот был пуст. Лишь на полу лежала куча грязи, среди которой торчала пара кустов перекати-поля.

— Офицер, — подал голос Фиксов, — кузен попросил меня помочь убраться на своём участке. Мы с ним вывозили траву и землю. До самой ночи проработали. Теперь вот возвращаюсь домой. Хочу поскорее принять душ и переодеться, а то сами понимаете — работа пыльная.

Полицейский осветил его фонарём и оглядел. Он весь был с ног по уши измазан в пыли и земле.

— Сэр, у вас не горит задний фонарь, — сурово произнёс полицейский. — Я выпишут вам штраф.

— Фонарь? — с удивлением покосился Фиксов на задний борт пикапа. В душе он ликовал. Ещё немного, и его отпустят. — Простите, офицер, я не знал. Конечно же, выписывайте штраф. Завтра же я его оплачу. Машина новая, отгоню к дилеру — пускай ремонтируют по гарантии.

— Вот квитанция, — протянул ему заполненный квиток полицейский. — Аккуратней на дорогах.

Степан проводил взглядом отъезжающую патрульную машину. Он никак не мог поверить, что всё обошлось так легко.

— Фух! — смахнул он со лба пот. — Хорошо, что я это предусмотрел и замаскировал кровь. Нужно было и от оружия избавиться…

Дублей он развеял и продолжил поездку. Руки подрагивали от волнения. Он когда людей убивал, так не переживал, как за пару минут общения с копом. А ведь он был не один. Американские полицейские редко ездят в одиночестве. Второй патрульный сидел в полицейском Форде. И если он начал действовать, то напарник наверняка вызвал бы подмогу.

К полуночи Степан зашёл в мэрию с пакетом денег. Кирк Бостни ждал от него отчёта и наличность.

— Садись, — на этот раз более благосклонно предложил ему мэр, — рассказывай, как всё прошло?

Степан рассказал, как всё было, только не упомянул дублей у добитого Рона.

— Я им приказал оставаться прикрывать меня. Но как только я пробрался в дом, они начали палить из дробовиков по банде. Дебилы! Кто стреляет из дробовика по цели, которая находится дальше ста метров? Банда Рокки закономерно положила их.