Единственным успехом стало то, что Степан испугался и отшатнулся назад, упершись задницей в подлокотник дивана. Но когда он понял, что атака не причинила ему никакого вреда, то успокоился и победоносно ухмыльнулся.

— Я же говорил, что это бесполезно! — издевательским голосом сказал он. — Будь ты хоть трижды супер крутым ситхом, мне плевать на все твои потуги!

Звягинцев склонил голову на правую сторону и улыбнулся.

— Ситх, говоришь? — вспомнил он о световом мече. — А что ты скажешь на это?

В тот же миг в руке Святослава появилась рукоять светового меча, из которой с трансформаторным гудением вырвался синий клинок. Он тут же слился в причудливый узор из синих полос — это Звягинцев на огромной скорости наносил один за другим удары по противнику.

Степан испуганно отшатнулся от клинка и побежал к барной стойке, но синие полосы будто прилепили к нему. Сантехник следовал за Фиксовым по пятам и наносил по сотне ударов в секунду.

Из кабинета в зал вышла Татьяна. Она застала окончание этого действия. Степан с испуганным видом жался спиной к бару с бутылками, стоя за барной стойкой. Святослав вновь стоял с пустыми руками.

Звягинцев осознал, что и эта атака бесполезна. Световой меч неплохо просаживал щит, особенно если быстро бить в одно и то же место или давить на него, но максимум удалось добиться просадки на двадцать семь процентов.

Святослав прикинул, что если объединить атаку световым клинком и молниями со всех тентаклей, то сумеет просадить щит примерно на сорок пять процентов, при этом защита будет практически мгновенно восстанавливаться и наверняка сейчас работает не на полную мощность. Значит, нужно что-то более серьезное. По идее взрыв антиматерии уничтожит и Фиксова, и его артефакт, но не устраивать же подобное светопреставление в Лондоне, да ещё рядом с собой. Это как минимум уничтожит всю Великобританию, а в целом приведет к подобию ядерной зимы и ледниковому периоду. Это если упустить тот факт, что сам Слава подобного взрыва не переживет.

— Ничего себе! — чуть ли не присвистнула Татьяна. — Босс, а ты действительно крут! И молниями, как ситх кидаешься, и световой меч, как у джедая. Вот только… — она кинула озлобленный взгляд на Фиксова. — Стёпа, вот и раскрылась очередная твоя ложь. Ты не говорил мне, что обладаешь такими сверхъестественными способностями.

— А твой любовник, значит, говорил? — огрызнулся Фиксов.

— Он не мой любовник, — произнесла Татьяна. — И да, босс от меня не скрывал, что крут и способен на многое. И, в отличие от тебя, он настоящий мужчина и девушек не обижает, кроме случаев самозащиты.

БАХ! — прозвучал пистолетный выстрел.

Святослав слишком глубоко ушел в размышления над тем, как ему победить в этом противостоянии, оттого он не сразу обратил внимание, что у Степана в правой руке оказался вороненый ствол пистолета, видимо, до этого спрятанный под барной стойкой. Будь атака направлена на Звягинцева, Костюмчик защитил бы носителя. Хотя этого и не потребовалось бы, поскольку тело Святослава стало настолько могучим, что ему не страшны даже пули крупнокалиберного пулемета.

Проследив за безумным взглядом Степана, Святослав обернулся и обнаружил Таню лежащей на диване. В голове прямо во лбу у неё было красное пулевое отверстие, оттуда на кожаную обивку натекло немного крови. Она лежала в неестественной позе с остекленевшими глазами.

— Что ты натворил, гад? — со злостью спросил Звягинцев, направив убийственный взгляд на Степана.

Если бы Степан понимал, что этим действием подписал себе смертный приговор, он не был бы столь счастлив. В этот момент сантехник окончательно для себя решил, что любыми способами уничтожит Фиксова, даже если на придумывание способа преодоления защиты уйдут годы.