— Вот поэтому тебя и назначили правителем, — в голосе Турсунбека слышались весёлые нотки. — Кто-нибудь другой с радостью принял бы подобную должность, как привилегию. А ты думаешь о благе людей.

— Погоди, Бек, но империей можно считаться, если к стране присоединяются завоёванные территории, — нахмурился Святослав.

— Именно, — согласился Машариф. — Мы же завоевали пять планет серых.

— Ты же не хочешь сказать, что вы горсткой в тысячу магов и несколько тысяч пилотов собираетесь удержать в подчинении пять планет высокоразвитых инопланетян?!

— Почему нет?! — ответил Турсунбек. — Высшее руководство серых на этих планетах находится под чарами полного подчинения. В будущем, когда мы допилим магические клятвы, обложим ими чиновничий аппарат серых. К тому же, это колониальные планеты серых, относительно недавно прошедшие переделку наподобие терраформирования, там населения не больше сотни миллионов на каждой. Перевезем туда колонистов-людей, сделаем их большинством, и вскоре эти планеты станут полностью нашими.

— Бек, я тебя не узнаю, — произнёс Святослав, находясь в шоковом состоянии. — Где добрый и миролюбивый Турсунбек, мухи не способный обидеть?

— Слава, люди меняются, — сказал Машариф. — Кто к нам с чем придет, то тем и отгребет! Серые летели завоевать Землю, мы нанесли адекватный ответ.

— Думаешь, серые это так оставят?

— А куда они денутся? — с сарказмом вопросил Турсунбек. — Ты просто не видел мощь Х-3000. Его главное оружие «Лучи добра» — это нечто невероятное! Розовый луч, расщепляющий на атомы цель и засасывающий получившиеся вещества в пространственные карманы. Со стороны это смотрится, как полная анигиляция. Хомяк Лайт не оставляет ни единого атома. Кладовки забиты редкоземельными металлами и даже неизвестными земной науке веществами. Серым нечего противопоставить нашему флоту.

— Это сейчас, — возразил Звягинцев. — У них остались знания, технологии и двенадцать планет. Накопят сил и нанесут ответный удар.

— Мы к этому времени будем готовы, — уверенно заявил Турсунбек. — Пойми, Слава, мы перешли Рубикон и не можем сдать назад. Серые посчитают это за слабость. Остаётся лишь в темпе ассимилировать и развивать технологии серых и магию, чтобы в случае угрозы с их стороны иметь серьезные аргументы.

— Тут я с тобой соглашусь.

— К тому же, друг, есть ещё кое-что.

— И что же, Бек?

— Наши ребята при помощи экспериментальных искинов смоделировали миллионы вариантов развития человечества, — начал рассказывать Машариф. — С вероятностью в девяносто девять процентов люди, используя технологии, которые достались от игроков, устроят масштабную войну. А дальше варианты ужасные: либо откат в средневековье, либо уничтожение от трети до четырех пятых населения Земли. В худших вариантах человечество полностью вымирает.

— А один процент?! — нервы Звягинцева были как натянутая струна. Он с нетерпением ожидал ответа Турсунбека.

— Один процент — это чудесная вероятность выживания и выхода человечества на космический уровень, — не разочаровал ожиданий Машариф. — И чтобы это чудо произошло, оно должно быть рукотворным. Для того, чтобы объединить человечество без рабских чар, нужен внешний враг. Чтобы развиться на недосягаемую высоту, нужен стимул, в качестве которого прекрасно подходит угроза, исходящая от серых.