— Как хочешь, но только не говори, что я тебе не предлагала, — сказала Сабрина. — Слышала новость?

— Какую? — приготовилась слушать брюнетка.

— На прошлой неделе в систему «Ташкент» князя Машарифа вторглись инсектоиды.

— Опять? — изумлённо приподняла брови Виолетта. — Им там что, клубничным вареньем намазано?!

— Ты что, Виолка, серьёзно не слышала?! Ну ты чукча!

— Эй! — возмутилась Виолетта. — Я, между прочим, почти всё лето в морге провела. И там не баклуши била, а работала. Мне было не до сиденья в галосети… Так что с инсектоидами?

— Как обычно, — ответила Сабрина, — прилетел флот тысячных Хомяков и навалял ксеносам. Потом к их системам отправились звёздные разрушители и устроили орбитальные бомбардировки. Теперь лет на двадцать-тридцать об этих ксеносах можно забыть. Пока их выжившие матки выведут новое потомство, пока они размножатся до того, как им станет тесно на планете, пока новый флот построят…

— Одного не понимаю, почему бы звёздным разрушителям вместо орбитальной бомбардировки не уничтожить планеты инсектоидов?

— Виолка, в кого ты такая жестокая?! — изобразила притворный испуг Сабрина. — Ты меня пугаешь. Гуманизм — слышала такое слово?

— Мама меня в детстве учила, что ругаться нехорошо, — с иронией произнесла Виолетта. — Это ты где-то нахваталась бранных слов, ещё и гордишься этим!

— Да ну тебя, — усмехнулась Сабрина. — Инсектоиды хоть и ксеносы, но они разумные. Мы не имеем права устраивать тотальный геноцид разумным видам.

— Почему?! — без притворства вопросила Виолетта. — Они первыми нападают. Мы имеем полное право в ответ истребить их, тем более, что сил на это хватит.

— Виола, ты вроде умная, но иногда кажешься глупой, — произнесла Сабрина. — Если отбросить принципы гуманизма, то подумай над тем, что в галактике установилось шаткое равновесие. Стоит какой-то одной расе применить тотальный экстерминатус, как против неё ополчатся все. Да-да, против нас тоже могут применить подобное оружие. Экстерминатус припрятан в закромах у всех космических рас, но по тем же причинам никто не пустит его в ход первым.

— Допустим, у Серых и Титов наверняка найдется что-то по мощности, не уступающее боеголовкам с антиматерией. Но у инсектоидов вряд ли.

— У инсектов цель — захват миров, которые пригодны для обитания, — заметила Сабрина. — У них не стоит цели уничтожать миры подобным способом. Вкладываться в озеленение безжизненных планет, как это делаем мы, Серые и Титы, они не желают. Все ресурсы они направляют на развитие оружия и средств доставки. Каждый цикл у них появляется что-то новенькое. Я так понимаю, что нашей империи выгодно раз за разом разбивать инсектоидов и захватывать их технологии. Вот тебе еще одна причина по которой им не устраивают тотальный экстерминатус.

У Виолетты во время речи подруги стали слипаться глаза. Когда голос Сабрины затих, брюнетка клюнула носом и дернулась.

— А? Что? Я чуть не уснула, — сказала она.

— Меньше по кладбищам нужно шастать! — обижено произнесла Сабрина. Внезапно лицо девушки приняло одухотворенный вид и в глазах появился авантюрный блеск. — Слушай, у меня появилась отличная идея!

— Какой-то безумный эксперимент? — сказав это, Виолетта широко зевнула, прикрыв рот ладонью. — Кадавра делать не буду! Стейси Смит с пятого курса за спрятанного в шкафу кадавра, который вонял на весь этаж, выселили из общаги, теперь ей приходится ютиться в государственном боксе.