Святослав со своего места видел, что толпа, хлынувшая по пешеходной зоне возле домов сносит потоком всех на своём пути. Возле фонтана творилось то же самое. Стало понятно, что помощи он в ближайшее время не дождётся ни от напарника, ни от патрульных, которым сложно пробраться сквозь паникующую толпу. За это время игроки могут убить многих людей.

Как бы не было велико желание Звягинцева сохранить в тайне «систему дублей», но в настоящий момент он не видел иного выхода. Если быть точным, то один выход был — сбежать. Да, пока ещё это можно сделать. Если рвануть с места, влиться в толпу, то есть шанс скрыться. Святослав никогда не был трусом, но и героем себя не считал. В иной ситуации он бы мог сбежать. Сейчас же он не имел права на слабину.

Во-первых, Святослав сам подписался на работу в КГБ, следовательно, его прямая обязанность защитить граждан, отработать заработную плату. Хорошо быть гражданским без особых способностей, тогда всё понятно: вот милиция — она должна бороться с преступниками, а моё дело чинить сантехнику; или вот бандит — моё дело остаться в живых, так что лучше убежать, чем лишиться жизни или здоровья. Во-вторых, у Славы были силы, чтобы противостоять игрокам. Он мог свести риск к минимуму при использовании дубля. Ну и, в-третьих, как можно жить дальше, зная, что ты мог спасти людские жизни, имел для этого возможность, и при этом струсил и отдал сограждан на растерзание безумных пришельцев?!

Святослав понимал, что всё может закончиться для него плохо. Если сейчас не убьют чужаки, то потом могут покалечить свои же. Где та грань, отделяющая геройство от глупости? Где та черта, переступая которую, можно назвать поступок человека героическим или идиотским? Сложно сказать. Некоторые посчитают, что бросаться с бутылкой коктейля Молотова живым на танк — это глупость, другие скажут, что человек поступил, как настоящий герой — спас жизни товарищей и сограждан, уничтожив танк противника и четверых вражеских солдат.

Сделав глубокий вдох, Звягинцев лёг на землю. Трава была влажной, а земля прохладной, в спину что-то кололо, но это уже было неважно. Парень активировал создание дубля и тут же переместил в него своё сознание.

Двойник появился абсолютно голым в метре от прототипа, то есть вышло так, что дерево его никак не прикрывало. Он щурился, слабое зрение давало о себе знать, без очков «графика» была расплывчатой.

Вполне ожидаемо, что голый мужик привлёк внимание семерых игроков, которые стояли на асфальтовой дорожке в десяти метрах от него.

Один из них, парень с автоматом, убравший меч в инвентарь, заржал как конь.

— Гы-гы! Гляньте на этого чудика!

Натянув на лицо идиотскую улыбку, Святослав двинулся в сторону игроков.

— Мужики! — с трудом он изобразил радость, ведь на самом деле испытывал к стоящим напротив шакалам неимоверную ярость. — Как хорошо, что хоть кого-то из игроков встретил. У вас найдётся шмот? А то я уже столько раз умирал, что голым и с пустым инвентарём остался. Хотя бы стартовый шмот задницу прикрыть, а то неписи цепляются.

— За хер цепляются? — ехидно вопросил тот же игрок с автоматом.

Остальные шестеро дружков засмеялись, автор шутки присоединился к ним. Это позволило Звягинцеву в теле дубля дойти до пришельцев. Неподалёку асфальт был залит кровью и лежало три трупа, один из которых был обезглавлен.

— Ты чего такой страшный, Ва-а-а-ся?! — издевательски протянул парень с пистолетом.

— Чего это страшный?! — изображая наивного дурачка, Звягинцев изумлённо выпучил глаза. — Вы чего, парни? Нормальный я.