Молодая ирландка с трудом сдерживала слезы. До этого момента она даже и не подозревала, как нужны ей друзья. Теперь у нее появилась подруга. Ей захотелось рассказать Роури обо всем, что было у нее на сердце, но скромность мешала ей это сделать. Роури отлично понимала, что творится в душе этой женщины, и на ее глазах заблестели слезы.

В конце концов Роури удалось уговорить Кэтлин составить ей компанию в поисках нового жилья для нее и Томаса.

– Думаю, если кто и знает, где сдается дом, так это мистер Роуз, – решительно произнесла Роури, и подруги отправились к мистеру Роузу, редактору местной газеты. Но как оказалось, никаких объявлений ему на этот счет не поступало.

Подругам пришлось вернуться в дом Томаса ни с чем. Роури села у стола, опустив голову на ладони, и с грустью оглядела свою спартанскую спальню.

– Я так и думала, что у меня ничего не получится, – сокрушенно вздохнула она.

Кэтлин провела детство в хибарке с земляным полом и соломенной крышей; с самого прибытия в Америку она жила только в палатках, поэтому четыре прочных стены и деревянный пол казались ей неслыханной роскошью. Она поспешила подбодрить Роури:

– Какая у этого дома замечательная, крепкая крыша.

– Я, наверное, в твоих глазах совсем испорченный и забалованный ребенок, Кэтлин, – угадала ее мысли Роури. – Но я хочу сделать для Томаса все, что в моих силах. Наш брак начался очень неудачно. Мой отец этот брак не одобрил.

– Не одобрил? Как можно возражать против такого замечательного человека, как доктор Грэхем? – изумилась Кэтлин.

– Ну, это главным образом потому, что Томас работает на «Юнион пасифик». Отец считает, что все неприятности с индейцами начались из-за того, что их растревожила дорога. Он относится к Томасу просто ужасно. – Она нахмурилась и взглянула на Кэтлин. – Боюсь, Томас на это как-то ответит. Что бы ты стала делать на моем месте?

Кэтлин подумала, что ее ужасный брак не дает ей права давать какие-либо советы.

– Тебе лучше спросить не у меня. Но я все-таки считаю, что тебе нечего бояться, Роури. Доктор наверняка счастлив, что ты стала его женой, и больше ему ничего и не нужно.

Роури вздохнула.

– Это так. Томас справедлив, и его неприязнь к моему отцу не повлияет на наши отношения. – Но, сказав это, она подумала, что дело вовсе не в Томасе – ее отец может снова предпринять какие-нибудь действия против него, и тогда Томас окажется не в состоянии себя контролировать. Она снова обвела взглядом комнату.

– Но как же мне решить проблему с жильем?

– Ну, раз уж нельзя найти ничего побольше, может, есть смысл сделать дом немного уютнее? – предположила Кэтлин.

Эта мысль заставила Роури вскочить на ноги.

– Отличная идея. – Она обняла подругу. – Ее надо отпраздновать чашкой чая в ресторанчике. Потом мы отправимся за покупками. Когда Томас вернется, он свой дом не узнает.

Заказав чай и яблочный пирог, подруги начали ломать головы над тем, как украсить комнаты наилучшим образом. Роури сосредоточенно нахмурилась.

– Начать надо с покраски всех стен в белый цвет.

– Ну, начать надо не с этого, – заметила Кэтлин. – Стены лучше красить с утра, когда доктор отправится на работу.

– Кэтлин, ты можешь звать моего мужа Томас. Доктор – это так официально… и меня это пугает.

Кэтлин мягко улыбнулась.

– Хорошо, я постараюсь. Но это будет нелегко. Первую остановку в своем путешествии подруги сделали у церкви мормонов, где сестры продавали различные изделия своей работы.