В клуб скалолазов я вступила в университете, но мне не нравилось, когда мной командовал кто угодно, а уж тем более парни из нашего клуба, которые на маршруте разыгрывали из себя крутых. Похваляясь своей физической силой и поигрывая широкими плечами, они рявкали на нас, хрупких женщин, когда кому-нибудь не удавалось дотянуться до указанного захвата, или раскачивались как обезьяны, вульгарно кичась своей ловкостью. Отточив технику прохождения маршрута в связке, пара девиц, я в том числе, тайком решили проверить свое умение держать равновесие, а заодно потренировать ноги на маршруте посложнее. Об этом узнал Росс Майхилл, отъявленный шовинист из нашей группы. Он прошел на вершину той же скалы по более легкому маршруту, не торопясь расстегнул ширинку и, как собачка, помечающая свою территорию, пописал сверху на плиту, по которой мы шли. После этого случая мы с мужчинами больше не тренировались.

Сейчас я наблюдала, как вверх по стене карабкалась Ив. Техника у нее неплохая, ноги сильные, как у танцора, двигается аккуратно, обходя выступы и неровности с помощью зарубок или временно удерживая вес на одних носках. Я полезла за ней, быстро ее догоняя. Силенок-то у меня было побольше, ведь я регулярно тренировалась, поднимала тяжести в тренажерном зале, поэтому довольно скоро мы сравнялись. Когда я прошла весь маршрут три раза, руки от усталости стали деревянными.

— Что это с тобой? Силы девать некуда? — вздернув от удивления брови, спросила Ив.

— Точно.

У меня было такое чувство, будто я горы могла своротить. Размявшись, мы напялили на себя сбрую, достали веревку и прошли с полудюжины маршрутов разной сложности, неподвижно закрепляя крючья, спускаясь сверху с железными мышцами и чувством, что нам все по плечу.

Я обожала лазить по стенам. Мне нравилось, что они искусственные. Вид спорта, опасный в естественной среде, здесь редуцирован до игры, где к твоим услугам разноцветные опоры и ушки, французскими терминами обозначены уровни, расписаны правила и условия, и все это происходит в контролируемом пространстве. Скалолазание в естественных условиях требует от человека многого: специальных знаний, ловкости, умения и готовности рисковать, здравого смысла и полного доверия к своему товарищу. Но у меня всегда возникали проблемы именно с напарником. Мне было странно, что моя жизнь отдана в руки другого человека. На стенке ты тоже доверяешь товарищу держать веревку, а заодно и тебя, если срываешься. Допустим, он прохлопал ушами, ты летишь вниз, но разбиться шансов почти никаких, поскольку всяких личностей, наблюдающих за тобой, и матов безопасности тут хватает.

Мы решили немного передохнуть. Я выскочила на улицу купить чего-нибудь подкрепиться и попить холодненького, а когда вернулась, то увидела, что Ив склонила светлую голову над журнальчиком, оставленным кем-то на столике в кафе. Она подняла голову и кивком поманила меня к себе.

— Смотри, что здесь пишут об этом зале, называют его новым раем для скалолазов!.. Место тихое и спокойное, погода всегда отличная, тренироваться — одно удовольствие. Видишь эту скалу? С фронтальной части идет потрясающий маршрут пятой категории по вертикальной стене. Называется, кажется, Львиная Голова.

Я смотрела на огромную фотографию на развороте журнала. Утес на ней был в точности такого же красновато-розового цвета, как и пейзаж, который накануне мне приснился. Та же самая скала, что возвышалась над караваном торговцев. В ее резких очертаниях совершенно отчетливо, как в мультяшке Диснея, вырисовывалась львиная морда. На мгновение земля поехала у меня куда-то из-под ног. В ноздрях стоял отчетливый запах шафрана, пахнуло зноем и пылью. В голове вдруг застучал странный ритм, как будто откуда-то издалека донесся медленный барабанный бой, кровь прихлынула к ушам.