– Ничего себе! – Девушка посмотрела на него с нескрываемым восхищением. – Ты совсем не тот, каким был в Казиристане.

Она права. Он сильно изменился. И уже давно.

– А есть какой нибудь еще выход? Менее рискованный?

– Есть. Я позвоню человеку, которому доверяю.

– Он больше не выходил на связь?

Подняв глаза от ноутбука, Александр Квин увидел Оливию Шарп, стоявшую в дверном проеме. Ее прекрасные обнаженные ноги казались бесконечными, узкая темно серая юбка только подчеркивала их безупречную форму. Высокий рост позволял ей обходиться без каблуков, но сегодня она надела открытые босоножки на высоченных шпильках, чтобы продемонстрировать ярко зеленый педикюр.

– Нет, – ответил Квин. – А у тебя какие новости?

– Ансон Дотри взял отпуск и отправился в Атланту. Много много алкоголя, панк рокеров и девиц с разноцветными волосами. Ты уверен, что ему уже тридцать два?

– Почти тридцать три.

– Черт знает что. Он интересуется чем угодно, только не расследованием. Ну, или делает вид, что нимало в нем не заинтересован.

– Но ты ведь отправила агента последить за ним?

– Конечно. Только этот агент не полетит в Атланту. Иначе Дотри поймет, что дело нечисто. – Усевшись в кресло напротив Квина, Оливия закинула ногу на ногу. – Я полагаю, Дарси еще не отправил тому агенту ответный сигнал?

– Нет, еще не отправил.

– Каким тебе показался его голос?

– Грустным. И усталым.

– Неудивительно, – заметила Оливия. – Натворил дел, а теперь вот грустит.

– Ты так и не сказала, кого из наших подозреваешь.

Оливия приподняла изогнутую бровь:

– Я подозреваю всех. Даже тебя.

Он улыбнулся:

– Какие новости у ФБР?

– Откуда мне знать? Я не самый лучший их друг и желанный гость.

– Однако ты проработала там восемь лет. Неужели не осталось никаких контактов?

Она нахмурила брови. Он понял, что задел ее за живое.

– Скажем так, я закинула удочку.

Он счел ее тон подозрительным.

– Ты явно что то недоговариваешь.

– Я говорю тебе обо всем, что имеет отношение к делу.

– В следующий раз, когда придешь в мой кабинет, жду от тебя четкой и полной информации. Это ясно?

Ее полные губы вытянулись в тоненькую линию. Оливия явно злилась.

– Так точно, сэр.

Легко поднявшись, она прошла к двери, высокая, тонкая, грациозная, сама легкость и полет. Уже уходя, повернулась, чтобы еще раз взглянуть на Квина.

– Я выясняю, кто сливает наши данные в другие места. По твоему, это не важная информация?

Раньше, чем Квин успел возразить, Оливия вышла и захлопнула за собой дверь. Он, проводив ее взглядом, попытался сдержать улыбку, но так и не смог.

Зазвонил телефон. Четвертая линия. Деннисон. Не особенно приятно слышать его скрипучий голос, однако надо.

– Какие новости?

Каин Деннисон был явно чем то раздражен.

– Он звонил две минуты назад.

– И чего хотел?

– Пообщаться наедине с моей бабушкой.

– Кто кто она? – Маккенна изумленно уставилась на Дарси, уверенная, что все неправильно поняла.

– Знахарка. Целительница. Как тебе будет угодно. – Проверив заряд пистолета, Дарси сунул его в кобуру. Поверх футболки накинул тоненькую клетчатую куртку. – Ну как, похож я на местного жителя?

Обведя взглядом его широкие мощные плечи, двухдневную щетину и бейсболку, Маккенна наконец вынесла вердикт:

– Похож, пока держишь рот закрытым.

– Говорить ни с кем не придется, не считая Лилы Соловей.

– Странное имя.