Вернулся в сторожку.

Сел упершись о стену, думая о рассказанном.

Джем предатель? Все было подстроено? Что теперь с Джемом?

Может он предатель, но не идиот. Зачем тогда, он оставил гарххин? Посмеяться? Нет.

Нет, сомневаюсь, что он с отцом заодно.

Если тот не пощадил родного сына, прислав необратимое заклинание, то что, он сделает, если Джем попадет в его руки? На что, он способен, ради того, чтобы выслужиться перед господином, даже за счет собственного сына?

Надо переживать за самого Джерома, а не за его предательство.

Идем к оркам, там про него и узнаем. Плохо, что у нас с ними, война. Не со всеми, только с кланом наездников.

Силь, укрыла меня и вышла. Вспомнил, как ускользнул от ответа. Но как ей объяснить, что не переломить прутику меча, так и похотью не заслонить того, что меня к ней привязывает.

Эти дни, я усиленно маскировал лесной домик и пространство вокруг него. Там где Джем пересек границы маскировки, его и схватили.

Теперь, надо, пройти меж врагов, и попасть в поселок, где, наверняка, тоже ждут.

Запасы магии на исходе. Последний раз, когда я был в таком сложном положении, попал в ручки к Силь.

Сильвия.

На следующий день, с утра зарядил нудный дождик, плавно перешедший в проливной.

Мы, посоветовавшись, решили идти завтра. Рэн вернулся только утром, но, толком не поев, снова отправился на охоту.

Вернулся вечером, вконец измученный, с осунувшимся, серым лицом.

Сел, откинув голову на стену, закрыл глаза. Ему откровенно плохо… я спросила:

— Замерз?

Он не открывая глаза, кивнул…

Отдыхай. Накрыла его сухим плащом, и тихо вышла из дома.

На поляне возле домика, взвешивала происшедшее и провожала закат.

Когда вернулась, Рэн сидел в той же позе у стены. Стало его так мучительно жалко.

Чуть не плача, подошла, чтобы помочь ему нормально лечь. Но передумала будить, пусть отдохнет.

Подтащила одеяло, плащи и все, чем можно было смягчить сон на полу. Соорудила из этого большую подушку. Оливия с Риком, вошедшие сразу за мной, молча, наблюдали.

Когда я отошла, к эльфу, тихо подошел волк и улегся так, чтобы эльфу было еще удобнее и теплее. Умница.

Тишина нарушалась, только ночным пением птиц.

Оливия, шепотом предложила присоединиться к ней, на лежанке. Я с благодарностью согласилась.

Впереди нас ждало длинное путешествие, Джерома ждать, не имело смысла, да и спокойно, охотиться, оставляя нас под охранной гархха, как задумывал эльф, не выйдет.

Идем, не зная, где взять провизию для похода через пустыню? Будут ли там живые люди или нелюди? Найдется ли у них, что можно продать в качестве еды?

Утром, проснувшись, мы Рэна, уже не застали. Рик лежал у входа, охраняя. Наскоро закусив ягодами и оставив в кружке долю эльфа, мы с Оливией собрали вещи, готовясь в путь.

Когда Рэн пришел, неся с собой какую-то подстреленную птицу, мы вышли из домика, крепко прикрыв дверь.

Погода нас, не баловала, все время пребывания в лесу, шел дождь. Небо было пасмурным, так что иногда определить часть дня было не возможно.

Рэн спрятал птичку, прямо в перьях, в свое безвременье. Забрал наши вещи, спрятав так же.

Я не хотела отдавать, думая, что лучше донести самой, но он сказал, что долго с таким грузом не пройдем, а нам идти не менее двух дней, если торопиться, и все пять, если нет.

Мы шли, шли, шли.

Шептал дождь, ускользая от листьев: шлеп, шлеп, шлеп. Смачно вторила земля, не скрытая лесной травкой: шмяк, чмяк, чпак. Тишина впитывала эти звуки, постепенно становясь мокрой.

Все три дня, пока не достигли края леса, слились в один не прекращаемый поход. Спали мы вчетвером на подходящих полянках, иногда, даже не разжигая костер. За это время, съели все немногочисленные припасы, добытые в лесу.