Гуднайт оседлал одного коня, ковбой другого. Пи Ай схватился за вожжи упряжки, чтобы не дать хлынуть слезам, которые все еще едва сдерживал при виде своих детей и знакомого окружения.

— Большое спасибо за фургон, — сказал он Гуднайту.

— Не за что, — ответил Гуднайт. Он еще не вполне справился с шоком от перемены, произошедшей с Вудроу Каллом.

— Я скоро верну вам долг, — обратилась к нему Лорена. Пи Аю она не говорила, что заняла деньги, и все хотела обсудить это дело с Гуднайтом наедине, но так и не нашла подходящего момента. Однако Пи Ай сидел с Джорджи на коленях, делая вид, что правит упряжкой, и не слышал слов о долге.

— Мы сегодня клеймим скот, — сообщил Гуднайт. — Вообще-то мы занимаемся этим уже всю неделю. Когда закончим, я подскочу и проведаю вашу компанию.

Он приподнял шляпу перед двумя дамами, повернул коня, тронул его с места, затем опять обернулся к Лорене.

— Миссис Паркер, надеюсь, вы откроете школу, — сказал он.

— Я открою школу, господин Гуднайт, — ответила Лорена. — И открою ее очень скоро.

— Что ж, мне надо ехать, — проговорил Гуднайт. У него так и не дошли руки, чтобы уволить повара Мули, и это не давало ему покоя всю дорогу, пока они с ковбоем направлялись к его ранчо.

22

Поначалу они поместили капитана в небольшом амбаре на скотном дворе. Другого места для него не было. В амбаре было довольно чисто, в нем никогда не хранилось зерно, поскольку им пока еще не удавалось вырастить столько, чтобы было что хранить. Сам же дом был так набит, что Кларе пришлось спать в прихожей.

— В прихожей отлично, — уверяла Клара. — Да и нельзя же выселять детей из их спальни ради какой-то престарелой леди.

— Ручаюсь, что в твоем доме никогда не спят в прихожей, — отозвалась Лорена.

— Мой дом больше, — призналась Клара.

Все были поражены тем, как быстро Тереза освоилась на ферме. Каждое утро она приносила Каллу в амбар кафе с беконом и быстро научилась узнавать по голосам всех животных, обитавших на ферме. Почти не бывало случая, чтобы она оступилась. Бен воевал с ней — он не был готов к появлению в их среде еще одной девчонки. Это не входило в его планы. Однако Тереза совсем не уступала ему в этой войне. Соображала она гораздо быстрее Бена и была остра на язык.

— Доктор в Сан-Антонио сказал, что она никогда не будет видеть, — с грустью сообщила Лорена Кларе.

— Но это сказал лишь один доктор, — возразила та.

23

Калл был не против амбара. Кроме Терезы, которая часто заходила, чтобы принести ему еду или рассказать очередную историю, он не хотел никого видеть. В его распоряжении была керосиновая лампа, но он редко зажигал ее. Кругом было сено, и он не хотел спалить амбар, случайно опрокинув лампу во сне.

Трое старых ковбоев, один из них бывший рейнджер, заехали навестить его на первой неделе. Они хотели поздравить его с тем, что он избавил страну от Мокс-Мокса. Однако больше всего им хотелось просто повидать его и вспомнить прошлое.

Каллу было неловко с ними, и он лишь слушал, что говорили они, чувствуя себя самозванцем. Он не был больше тем человеком, который жил с ними в те старые времена. Он не был даже тем человеком, который убил Мокс-Мокса.