С радостными криками бегут люди, окружают стальной механизм.

— Интересно, кто выйдет из лодки первым, — шепчет Наташа.

— Известное дело, Крымов! — авторитетно заявляет рядом стоящий Панферыч. Он главный герой! Машина-то — его выдумка!

Медленно открылась массивная крышка люка. Как только образовалась небольшая щель, через нее, царапая лапами стальную обшивку, выкарабкалась собака и спрыгнула на землю.

— Бесстыдница… — ворчит Панферыч. — Бесстыдница и бездельница. Весь торжественный момент испортила.

Когда люк открылся полностью, из него один за другим выпрыгнули отважные исследователи подземных недр. Воздух огласился криками приветствий. Горшков остался в машине до тех пор, пока не представился случай вылезти незаметно.

— Немедленно убирайте отсюда палатки, — кричит Костя, вырываясь из чьих-то объятий.

— Это почему же? — удивленно спрашивает директор.

— Через час это место будет затоплено. За нами следует вода. Надо все переносить выше. Вот туда.

— Какая вода, Костя?.. Какая вода, я спрашиваю? — волнуется Зоя Владимировна.

Но Костя уже ничего не слышит. Его подхватили, подняли над землей и стали раскачивать.

— Ну как? — говорит Батя, сжав руку Крымова.

— Лодку придется переделывать. Возьмите хотя бы рулевое управление, отвечает Олег Николаевич, щурясь от яркого солнечного света.

— Научными результатами экспедиции я не совсем доволен, — обращается Толмазов к Зое Владимировне. — Путь воды под землей нам не удалось проследить до конца. Придется повторить экспедицию!

— Зато мы привели воду в пустыню! Скажите, очень трудно было сделать под землей плотину? — интересуется Семенова.

— Совсем пустяк! — вмешивается Костя. — Произвели взрыв, и все… Вот поиски урановой руды — это другое дело.

— Что? — директор даже остановился. — Какой руды?

— Урановой!

— Да, да! — спохватился Толмазов. — Ведь я не успел, рассказать самого главного! Мы между делом обнаружили огромное месторождение урановой руды! У меня где-то есть образец. В лодке целая коллекция, — заканчивает он, роясь в карманах.

— Присутствие этой руды нарушило радиосвязь и… аккумуляторы разрядились. Надо было предусмотреть специальную экранировку, — добавляет Крымов.

— Так, значит, машина выдержала испытание? — Гремякин внимательно смотрит на Олега Николаевича.

— Да, если бы не экранировка и рулевое управление, я имею в виду толщину лопастей, — путано начинает тот, но его перебивает Батя.

— Испытание машина выдержала, — твердым голосом заявляет он. Замечательно выдержала! А самое главное, его выдержали люди.

С песчаного возвышения было хорошо видно, как вода, вырывающаяся из отверстия, пробитого лодкой, быстро разливалась по широкой впадине.

На наступающую воду с остервенением лаял Джульбарс. Он не понимал, что вода, причинившая ему под землей столько беспокойства, теперь безопасна и с радостью встречается людьми.

— Ну и озеро тут будет! Вы только посмотрите, какое пространство зальет! воскликнул Гремякин, делая рукой широкий жест. — На десяток предприятий хватит воды!

— Я хочу, чтобы тут не только выросли предприятия, но и чтобы вся пустыня превратилась в цветущий край, как это было восемь веков назад, — мечтательно проговорила Наташа.

— Для наших людей, таких энтузиастов, как Крымов, или таких смелых и самоотверженных, как профессор Толмазов, нет на свете никаких преград, — с гордостью сказал Костя.