Осмотр одежды потерпевшего ничего конкретного не выявил, кроме того, что убитый, скорее всего, входил в разряд инженерно-технических работников. Хотя не исключалась возможность, что человек этот занимался журналистикой или был канцелярским служащим, о чем свидетельствовали два размазанных чернильных пятна на ладонях.

Особых примет, кроме родимого пятна в форме темно-коричневого овала слева от пупка, на теле мужчины не наблюдалось, поэтому Виталий Викторович возлагал надежду на проведение детальной фотосъемки в морге. Пока дожидались эксперта-криминалиста, работники морга привели труп в подобающий вид. То есть с лица трупа смыли грязь и кровь, рану на шее аккуратно зашили и замазали воском, причесали волосы, открыли глаза и капнули в них по капле глицерина, чтобы они приобрели блеск и сделались как живые. Под веко левого глаза, все время закрывавшегося, работник морга был вынужден засунуть крохотную полоску ваты для его удержания. Затем грудь трупа прикрыли рубашкой и сделали несколько фотоснимков: в фас и в оба профиля (справа и слева). Также крупным планом были сфотографированы родимое пятно возле пупка и предметы одежды.

Ввиду позднего времени фотографии, как сказал, прощаясь с Виталием Викторовичем, эксперт-криминалист, будут готовы только завтра, причем ближе к обеду. Майор кивнул и, осмотрев еще раз одежду жертвы — не завалялся ли случайно в карманах какой-нибудь предмет, — тоже отправился домой.

Глава 2

Женщины всегда добиваются своего

Фотографии жертвы, несмотря на скверное освещение, получились весьма качественными: убитый мужчина смотрелся на них как живой, с широко распахнутыми глазами. Вероятно, в жизни потерпевший выглядел менее привлекательно, чем на полученных снимках, и в этом была несомненная заслуга умелого фотографа. Одну фотографию Виталий Викторович оставил себе — наверняка пригодится, остальные для выяснения личности убитого раздал участковым и своим оперативникам. Получил снимок и старший оперуполномоченный капитан милиции Валентин Рожнов. За короткое время службы в отделе он успел сформироваться в настоящего профессионала сыскного дела, и майор Щелкунов еще ни разу не пожалел, что перетащил его из отделения милиции городского поселка имени Серго Орджоникидзе в свой отдел по борьбе с бандитизмом и дезертирством городского Управления МВД.

Положив фотографию в полевую сумку, Рожнов тотчас отправился в районное отделение милиции, где отыскал участкового — старшего лейтенанта Ильяса Шакирова — и, представившись, объявил:

— Я к вам по делу.

Его встретил внимательный взгляд:

— Слушаю вас.

— На территории вашего участка найден труп неизвестного мужчины. Нам нужно срочно выяснить его личность. — Вытащив фотографию из сумки, Виталий Викторович протянул ее участковому и поинтересовался: — Вам не доводилось его видеть?

— Фотография посмертная? — с некоторым сомнением спросил Шакиров.

— Именно так.

— А ведь как живой выглядит… — покачал головой старший лейтенант, — никогда бы не подумал… Знаю я этого человека. Это гражданин Поляков. Константин Григорьевич Поляков… Возраст — двадцать девять лет. Заместитель директора и преподаватель химико-технологического техникума. Он проживает… точнее, проживал… в четырехэтажном доме рядом с Красными воротами.

— Адрес можете назвать?

— Улица Степана Халтурина, дом три, квартира четырнадцать.

— У него есть семья?

— Да, он женат, — ответил участковый, возвращая фотографию Виталию Викторовичу. — У него есть сын шести лет, зовут Ваней. Супруга у него… Как же ее зовут, запамятовал… Имя у нее еще такое иностранное… А, вспомнил! Инга Владимировна.