Фейн круто повернул лошадь, желая узнать, кто стрелял. И увидел Кейру…

Она была одета так же, как минувшей ночью. Волосы были собраны на затылке и хвостом ниспадали на спину. В руках Кейра держала еще дымившийся дробовик.

Фейн ошарашено смотрел на нее. Больше всего на него подействовало это ружье. Ведь прошлой ночью Кейра ни словом не обмолвилась о том, что собирается днем появиться с подобным оружием.

Кейра поймала его взгляд. Она смотрела на него в течение нескольких секунд. Затем ее глаза потемнели, как морская вода в штормовую погоду. Они обвиняли его в предательстве, обмане, горели жгучим презрением и ненавистью… О-о-о! Ведь целую ночь они работали здесь вместе, бок о бок! И все это время он знал, что наутро примкнет к этой шайке браконьеров. Знал, но не сказал ей об этом!

Был момент, когда Кейра почти решилась броситься на Фейна и…

Но все же одумалась. Чему, в сущности, она удивляется? Тому, что ее предали? Да, предали…

Кейра заставила себя улыбнуться. Вышло очень натянуто и угрюмо. Но, наверное, это больше всего и резануло по сердцу Фейна…

— Я должна была предвидеть, что увижу вас здесь, — мрачно сказала Кейра.

Она вынула из патронташа два патрона и перезарядила дробовик. Затем, вместо того чтобы вскинуть ружье на плечо, взяла его наизготовку. Это заставило Мортона побледнеть и предостерегающе поднять руку.

— Осторожнее с ружьем! — крикнул он. — Оно заряжено!

— Да, — спокойно ответила Кейра, — ружье действительно заряжено.

Фейн почувствовал, что его сердце начинает неистово биться. Боже, какой же сексуальной и желанной казалась ему сейчас эта женщина! Он лихорадочно вздохнул, стараясь скрыть волнение. Кейра же, не догадываясь, какую бурю она подняла в душе молодого Харвуда, сурово посмотрела на лорда Мортона.

— Даю вам минуту на то, чтобы убрать собак. Иначе я их перестреляю.

Голос Кейры звучал твердо, и по тону чувствовалось, что она готова исполнить свою угрозу. Фейн посмотрел на собак, окруживших разрытую ночью им и Кейрой лисью нору. Часть из них остервенело лаяли на нору. Другие разгребали лапами выросшую рядом кучу земли.

Председатель охотничьего клуба, маленький человек с красным лицом, развернул лошадь боком к Кейре и злобно крикнул:

— Вы не посмеете этого сделать!

Кейра и сама знала, что никогда не выстрелит в собаку. Как и в любое другое живое существо. Кроме того, разве виноваты собаки в том, что их изо дня в день натаскивают для охоты на лис? И все же она посмотрела прямо в глаза краснолицему председателю и ледяным тоном сказала:

— Я посмею это сделать. И сделаю! У вас осталось меньше минуты, чтобы убрать отсюда всю эту свору.

Фейн с восхищением смотрел на Кейру, хотя его так и подмывало залепить ей пощечину за жестокие слова, в искренность которых он, впрочем, не верил. Потом перевел взгляд на Мортона.

— Зачем понадобилось забивать лисьи норы? — холодно спросил он среди общего молчания.

Голос его был резким, как удар хлыста. Мортон беспомощно заморгал и, обернувшись к своим самым знатным гостям, беспомощно пробормотал:

— А? Что?

Фейн кивком головы указал на кучу земли около норы.

— Я думал, разговоры о том, будто бы охотники засыпают лисьи норы, чтобы бедным зверькам некуда было деваться, сплошной вымысел. Оказалось, что нет.

Одна из женщин густо покраснела и отвернулась. Видимо, она думала так же. Кейра снова кивнула в сторону собак.

— Осталось тридцать секунд, лорд Мортон.

И она направила на копошившуюся вокруг норы свору свой дробовик.