|
– Меня не расстраивает, когда люди на мой домик смотрят, если только они туда своими ручищами не лезут! – Я уперла руки в боки. Разговор был серьезный, и я хотела, чтобы она это понимала.
– Я просто немножко там поиграла на днях, когда присматривала за Дзынь.
– Мы платим вам за то, чтобы вы присматривали за Дзынь, а не за то, чтобы вы играли в моих Сильванианов. Ладно, дам вам еще один шанс: где Хрю Грант?
Она сглотнула и открыла дверь пошире, чтобы я могла заглянуть в ее квартиру. Я протиснулась рядом с ней и бросилась внутрь. На первый взгляд – ничего особенного: все та же мебель бежевых и коричневых оттенков, тот же мягкий аромат старушечьих духов и запах аммиака. Все та же обувная полка в коридоре с аккуратным рядом старушечьих мягких туфель.
И тут я увидела его, или лучше так: ЕГО! – Хрю Гранта. Он сидел на полке над камином рядом с часами и несколькими открытками «С днем рождения». Я решительно подошла и схватила его.
– А, нашла, вот и хорошо, – сказала она и снова разулыбалась. – Просто не представляю, как он сюда попал.
– Он «сюда попал», потому что вы его сюда поставили, вы воровка, и не надо прикрываться старостью! Вы были клептоманкой задолго до того, как к вам подкрался маразм! Не. Берите. Моих. Вещей.
На этом я уже почти ушла, но тут кто-то дернул ее за старушечий язык:
– Завтра нужно опять забрать Дзынь?
Я развернулась и остановилась на пороге – прямо перед носом старухи. Вытянула вперед ладонь и сказала:
– Ключ.
– Что, прости? – Она опять улыбалась, и мне хотелось к чертовой матери сорвать усатые губы с этого старушечьего лица.
– Верните мне мой ключ.
Она потянулась к крючку рядом с вешалкой, где висели ее пальто, и сняла оттуда ключ от нашей двери.
– Я больше не позволю вам брать к себе Дзынь. Это слишком рискованно.
– Рианнон, ну зачем такие глупости, я больше не прикоснусь к твоему домику.
Я подошла вплотную к ее старому, морщинистому и утыканному пучками волос лицу.
– Конечно, ты больше к нему не прикоснешься, старая гадина. Потому что, если прикоснешься, я выпотрошу тебя как гребаную свинью и обвяжусь твоими кишками вместо пояса.
Сказав это, я ушла. И только уже вернувшись к себе в квартиру, осознала, что сказала не то. Лучше бы я вместо слова «кишки» употребила слово «внутренности». Получилось бы острее. Но главное, что Хрю Грант вернулся. Я усадила его обратно в его кресло и сунула в копытца его любимую газету «Телеграф».
В доме у Сильванианов снова воцарились мир и покой.
Понедельник, 15 апреля
1. Дерек Скадд.
2. Уэсли Парсонс.
3. Оконная компания, которая постоянно звонит мне на мобильный и спрашивает, «когда нам будет удобно оценить стоимость работ по установке нового стекла в балконную дверь». Это они про дом мамы и папы.
4. Люди, от которых воняет (конкретно – Пол Спердог из офиса), а они и не догадываются. Мало того, что вы не моетесь, так у вас, получается, еще и обонятельная функция нарушена?
5. Люди, которые, разговаривая с тобой, смотрят куда угодно, но только не на тебя (конкретно – Майк Хит). И отвали от меня со своими самодельными пирожными, Майк. Ты стопроцентно не моешь руки после туалета – я засекала время. |