Изменить размер шрифта - +
Марафон по прыжкам «ноги вместе – ноги врозь» мне пришлось пересидеть, потому что голова чего-то закружилась, но теперь я и в самом деле чувствую себя более подтянутой. И в целом настроение получше. Даже убивать никого не хочется.

Может быть, вот он – ответ на вопрос, как уберечь мир от моих пагубных наклонностей: надо просто вусмерть меня уделать.

 

Вторник, 28 мая

 

 

С утра отвезла Дзынь в новую ветеринарку на ежегодную прививку. Она держалась молодцом, но я оставила там кучу денег, в очереди на Дзынь напала собака породы спрингер-спаниэль, и вдобавок ко всему ветеринар бросал на меня похотливые взгляды, так что мы, пожалуй, вернемся в нашу старую клинику.

Лайнус не ходит на работу уже шесть дней. Никто не знает почему. Официальной версией по-прежнему является «таинственная болезнь», и это, вероятнее всего, означает, что он пытался покончить с собой, как и Майк Хит. Тут, в «Газетт», уже довольно большая толпа самоубийц набирается. И каждый раз это самые тихони. Потому что вечно держат все в себе. Конечно, не считая Уманет Планкет. Эта вечно всем рассказывает, как сто лет назад выбросилась из окна многоэтажки. Правда, этаж был первый, и она к тому же отскочила от крыши «Сегуна», припаркованного рядом с домом, так что было бы о чем рассказывать.

Эй Джей зажал меня на кухне. Спросил, не «остыла ли я к нему», раз так мало теперь с ним разговариваю и не сразу отвечаю на его сообщения. А когда я написала ему «очень занята», он в ответ на эту чушь вызвал меня на кухню. Пришлось сказать ему:

– Эй Джей, слушай, мне быстро становится скучно. Вот и все. Ведь у нас же не было ничего серьезного, просто классно развлеклись, правда?

– Нет, неправда. Для меня это не так. Я люблю тебя, и я тебе об этом говорил.

– Да, но это всего лишь влюбленность, она пройдет, вот увидишь.

– Нет, не пройдет. Если я говорю, что люблю тебя, значит это действительно так. И ты мне это тоже говорила.

Хм, это вряд ли – подумала я, продолжая помешивать кофе.

– Вообще-то я не хочу кофе, – сказала я и отодвинула от себя кружку.

– Ладно, хорошо, но я все равно хочу с тобой видеться. Безо всяких обязательств, если тебе так лучше.

– Просто секс?

– Просто секс. – Он улыбнулся. – Прошу тебя. Умоляю. Мне очень нужно с тобой видеться.

Я не удержалась и тоже улыбнулась. Приятно, когда тебя хотят. Он, похоже, просто в отчаянии. А это так привлекательно – когда тебя считают привлекательной, правда? Мне нравилось, что он так сильно меня хочет. Ужасно хотелось сказать ему «нет», заставить его страдать по мне, но было и нечто такое, чего мне хотелось еще сильнее.

– Хорошо, – ответила я. – Но при одном условии.

– Каком?

– Я хочу попробовать кое-что новенькое.

– Что угодно. Называй свою цену.

Я пристально посмотрела на него и сказала:

– Я хочу сделать это где-нибудь на улице. И хочу, чтобы ты притворился… мертвым.

У него вытянулось лицо.

– Мертвым?

– Ага. Как будто ты умер. И я трахаю твой труп.

Он очень долго ничего не говорил. Оглянулся на дверь, как будто ему показалось, что кто-то вошел, но там никого не было.

– Это какая-то стремная фигня, – сказал он и рассмеялся.

Быстрый переход