Кто его знает, может быть, мы в России уже помешались на политике, но мне видятся явные политические причины провала нашего песенного искусства на конкурсе Евровидения в 95-м году. А как же иначе: Ирландия избавилась от терроризма, превращается в туристическую Мекку Европы, а мы, наоборот, в глазах европейцев из перестройки рухнули в Чечню. Тут, как говорится, никаким Филиппом не поможешь. Тем более что по условиям конкурса Евровидения в жюри каждой из стран-участниц входит 16 человек. Из них половина — профессионалы эстрады, половина — общественность. «Общественность», думается, и «зарезала» Россию. Как выяснилось позже, подобной точки зрения придерживалась и сопровождавшая Киркорова Алла Пугачева…»

А вот как прокомментировал провал Киркорова ведущий «ЗД» А. Гаспарян:

«Не только война в Чечне предопределила наш провал на «Евровидении». Гораздо большую лепту внесло бывшее «Останкино» (ныне ОРТ), которое, чередуясь по правилам с другим государственным телеканалом — РТР, и было ответственно в этом году за участие России в конкурсе. К несказанному удивлению организаторов фестиваля, останкинские функционеры нарушили все возможные пункты регламента, какие только можно было нарушить, и это было расценено в Дублине как проявление ничем не скрываемого неуважения и наплевательства к столь уважаемой международной организации.

Отправив в Дублин Филиппа Киркорова, «наша сторона» даже не соизволила его предупредить, что он вообще не имеет права участвовать в фестивале, так как не является победителем национального отборочного тура. Киркоров узнал об этом собственно от хозяев «Евровидения», уже прилетев в Дублин. За одно это Россию собирались дисквалифицировать, и лишь симпатии к самому артисту, возникшие у организаторов после предварительных репетиций, воспрепятствовали окончательному позору.

Однако дальнейшие события, при всех симпатиях, нагнетали все большую злость и раздражение в адрес нашей делегации. Не приехал официальный представитель ОРТ; от Москвы так и не дождались вразумительных разъяснений по поводу судьбы местных отборочных туров, правильно оформленных списков национального жюри и даже фотографии его секретаря… Была масса других «мелочей», за которые пришлось краснеть, бледнеть, зеленеть Киркорову с Пугачевой, оказавшихся, помимо своей воли, чуть ли не главными виновниками российского провала. Все это вызвало в Дублине не только скандал, но и весьма неприязненные отношения к нашей стране…»

Между тем это были не последние неприятности, свалившиеся на Киркорова в те дни. В июле 95-го с новой программой «Я не Рафаэль» Киркоров гастролировал в Харькове. Как положено, отыграл программу, уехал вместе с супругой домой, а буквально через несколько дней после этого в местной газете «Экран» появилась заметка под названием «Филя оказался Хрюшей», в которой удивленному читателю раскрывались некоторые закулисные подробности пребывания Киркорова в Харькове. В частности, сообщалось, что столичный гость, отвергнув люкс-гостиницу, дал согласие поселиться в загородном доме, в котором теперь любят отдыхать депутаты. И вот однажды после концерта Киркоров якобы перебрал со спиртным и облевал всю резиденцию, после чего она была закрыта на косметический ремонт. А на следующий день, чтобы сохранить свое лицо, певец заявил, что его хотели отравить!

Когда слухи об этой публикации достигли Москвы, кое у кого возникли сомнения относительно правдивости сообщенных фактов. В частности, у журналистов «Экспресс-газеты», которые решили узнать всю правду у виновника случившегося — Киркорова. Вот что он им ответил:

«Я жил в Харькове не в загородной резиденции, а в обкомовской гостинице «Украина», в номере, который мне не понравился.