Судьба Татьяны Овсиенко во многом напоминает судьбу другой российской певицы — Алены Апиной. То же пребывание в популярной женской поп-группе, то же замужество за известным продюсером, сольная карьера. Даже репертуар обеих певиц в первое время был зеркальным отображением друг друга: Апина пела про «Леху» и «Иванова», Овсиенко — про «Гришу» и «Морозова». Примерно на одном уровне находилась (и находится поныне) популярность обеих певиц (в числе их поклонников в основном девушки). Среди фанаток Овсиенко можно встретить разных людей: и спокойных, и экзальтированных. Последних она откровенно опасается. И на это есть свои причины. Был случай, когда одна назойливая девица достала певицу своими телефонными звонками настолько, что пришлось обратиться к помощи милиции. Другая пошла еще дальше. Позвонила в дверь певицы и, когда та открыла ее, заявила: «Я люблю тебя» — и в доказательство своей любви полоснула себя по руке бритвой. С артисткой едва не случилась истерика, но, к счастью, в доме, кроме нее, находилась ее мама, Анна Марковна, которая прибежала на крики дочери и сумела быстро обработать и забинтовать рану на руке фанатки.

Еще один неприятный инцидент произошел с певицей на гастролях. Однако послушаем ее собственный рассказ:

«Это случилось в Пермской области, в городе Березняки. Мы отыграли концерт, все зрители уже разошлись, и тут подваливает компания каких-то отмороженных малолеток, босяки, голь перекатная. С цепями. То ли пьяные, то ли обкуренные. Начинают шуметь, громить наши пульты, требуют, чтобы я вышла на сцену.

Мы с девчонками были в гримерке, переодевались, а Володя в зале. Там они его окружили, начали хамить, угрожать. Как сейчас помню, их было 10 парней и одна девица по прозвищу Светка-Ковырялка. Она так представилась, когда ввалилась ко мне в гримерку. Пришла и говорит: «Если хочешь, чтобы твой муж остался жив, выходи на сцену». И я, конечно, вышла.

Вова сидит в окружении этих десяти дебилов, и они его «ловят на словах». Колени у меня трясутся, но не настолько, чтобы я не могла разговаривать. Они увидели меня и орут: «О, Танюха! Сейчас поедем отдыхать! Тут такие места!» Я им: «Мы не можем, у нас завтра два концерта в Перми». Они: «О-ба! А твой муж сказал, что вы сегодня улетаете в Москву…» Поймали, значит. Но я же не знала, меня не предупредили. «А он, — объясняю, — не в курсе, это только сейчас выяснилось». — «Ну-ну, — отвечают они, — ну-ну». И так, слово за слово, битый час идет такой пустой и гнилой разговор…

Уж не знаю, какими фразами Вова их уболтал, но в итоге «старшой» дал отбой, убрались они. Уезжали мы из Березняков, конечно, в отвратительнейшем настроении…»

Гражданский брак Овсиенко и Дубовицкого длился около трех лет, пока в декабре 1993 года они не зарегистрировали свои отношения официально. Кстати, свидетелем на свадьбе со стороны невесты была Алена Апина. На торжество пригласили около пятидесяти человек, однако приехало более двухсот.

Вспоминает Т. Овсиенко: «Мы совершенно нормально прожили три года, не расписываясь, и наверняка жили бы нерасписанными по сей день, но начались проблемы с моей пропиской, у меня был паспорт с украинским трезубцем, я не могла ездить за границу. И вот в конце 93-го мы решили тихо, без шума пожениться. Но информация как-то просочилась в прессу, был как раз финал «Песни года», и к нам все, буквально все, стали подходить с упреками — мол, что же вы, а как же свадьба?

Вообще смешно вышло.