— Эми, ты любишь кашеварить? — спросила Люсинда.

— Кашеварить? — переспросила Эми, будто никогда не слышала это слово.

— Я к чему спрашиваю, — сказала Люсинда, — к нам в библиотеку завезли новые кулинарные книги для подростков. Я их еще и расставить-то не успела, так меня поглотило чтение разных рецептов вроде «Коктейля из суфле» и «Шоколадно-малиновой штуковины».

— Эми хорошо готовит, — сказал Алан, сидевший между Эми и Джулией. Они обе смотрели на него широко раскрытыми глазами, словно на родного отца.

— Гааа, — сказала Джулия.

— Вам бы понравилась ее стряпня, — сказал Алан, придерживая соломинку у рта Джулии. — У нее отлично получаются сливки с мороженым.

— Ты помнишь? — спросила Эми, с видом человека, которого накрыл сердечный приступ. Под глазами у нее темнели полумесяцы, а веки припухли от пролитых слез.

— Как я мог забыть? — сказал Алан. — На прошлый День независимости ты пришла ко мне до начала салюта и соорудила лучший ленч в моей жизни.

— Вы с ним давние друзья? — спросила Диана.

Эми кивнула:

— С самого моего детства.

— Ты помнишь стену в моем кабинете? — спросил Алан. — Ту, что увешана мордашками очаровательных карапузов? Так вот, там четыре фотографии… — Он указал на Эми.

— Ого, — сказала Диана, отрезая кусок курицы.

Люсинда с интересом рассматривала Эми Брукс. Редкий городской ребенок не заглядывал в библиотеку, но Эми была одной из них. Люсинда знала, что причиной, по которой дети не пользовались библиотекой, являлись их родители, а не они сами.

Перед глазами Люсинды прошло два с половиной поколения читателей, и она ожидала, что Тесс Брукс лучше позаботится о своей дочери. В молодости Тесс очень любила книги. Ребенок, лишенный прелестей библиотеки, был похож на растение, оставленное без полива: он увядал, останавливался в развитии и забывал свои корни. Если бы только Джулия могла читать? Она перевела взгляд с Дианы на Джулию, и ее грудь сдавила тяжесть.

— Что это за птица? — спросила Эми, тыкая мясо вилкой.

— Корнуэльская курица, — ответила Диана.

— Она такая маленькая, — с сомнением в голосе сказала Эми.

— Можешь не есть ее, — сказала Диана.

— Я съем, — сказала Эми, пытаясь управиться с вилкой. — Просто у меня не получается ее разрезать.

Диана наклонилась к ней через стол, чтобы помочь. Люсинда наблюдала за тем, как Диана правильно вложила в руки Эми нож и вилку. Казалось бы, такая мелочь — научить ребенка резать свою пищу. Посмотрев на Джулию, которая, сидя в слюнявчике на высоком стуле, медленно вращала глазами, Люсинда улыбнулась ей.

Джулия и Эми, подумала Люсинда. С трудом верилось в то, что они приходились друг другу ровесницами. Две девочки с непростыми судьбами. Люсинда, Диана и Алан были готовы на все ради них. Люсинда видела, что Эми, подобно губке, поглощала любовь, витавшую за столом. Но Люсинда изумилась еще больше, заметив, что и Диана тоже впитывала эту любовь. Помогая Эми, Диана буквально сияла — нечастое зрелище в их доме.

Двенадцать лет назад Диана и Тим, держась за руки, сидели за этим столом, рассказывая Люсинде о невероятной новости. У них будет малыш! Диана лучилась от радости и была на седьмом небе от счастья. Словно не веря в то, что у нее внутри забилось еще одно сердечко, Диана робко поглаживала правой рукой свой живот.