– Они все бракованные. Все! – негодует она.

Опускаю взгляд и открываю в изумлении рот, увидев, что каждый тест показывает две полоски.

Поднимаю на Хлою глаза.

– Ты беременна?

– Ты меня не слышишь? – вопит она, снова принимаясь ходить туда-сюда. – Это невозможно, Эштон. Неужели фармацевтические компании стали настолько экономить на сырье, что допускают вот такой брак!

Прикусываю губу в попытке скрыть улыбку, но от Хлои сложно утаить хоть что-то.

– Прекрати улыбаться. Это раздражает! Я не могу быть беременной, ты же понимаешь?

– Милая, мы занимаемся сексом.

– Очень редко.

Вскидываю бровь.

– Несколько раз в неделю.

– Это редко. Раньше мы занимались им гораздо чаще, и я не беременела. А теперь вдруг что это, беременность наступила?

Снова поджимаю губы, и Хлоя вырывает у меня тесты и рычит. Она несет их в ванную и выбрасывает в ведро.

– Подам на эти компании в суд! Чтобы не пытались обманывать женщин!

– Хлоя, – спокойно произношу я и притягиваю ее к себе. – Милая, у нас будет ребенок.

– У нас не может быть ребенка.

– Дюжина тестов говорит об обратном.

– Я только-только наладила работу своей танцевальной студии. Мне сейчас нельзя уходить в декрет. Да и тебе не до этого. Строительство катка в память о Лизе в Лондоне в самом разгаре. Нам нельзя отвлекаться. Это все равно какой-то бред, учитывая, что я не могу иметь детей. Да и даже если бы могла, в теории, есть ведь вероятность, что я не смогу его выносить. Или вообще беременность окажется замершей, – тараторит она, и я прижимаю ее к груди, чтобы успокоить.

Хлоя обнимает меня в ответ и делает глубокий вдох.

– Я беременна, – шепчет она.

– Да, милая.

– Мы станем родителями.

– Да, милая.

Она резко отрывается от меня и взволнованно смотрит на меня.

– Но что, если…

– После того, как Лизи выйдет замуж, мы с тобой сразу же отправимся в клинику, чтобы тебя осмотрели, – перебиваю ее. – Хорошо?

Хлоя кивает.

Тянусь к ней и целую в лоб.

– У нас будет ребенок, – с улыбкой шепчу.

– Я не могу поверить, – говорит она.

Обхватываю ее лицо ладонями и целую в носик, а затем в губы.

– Я так сильно тебя люблю.

– Что, если…

На этот раз я затыкаю ее поцелуем. Раскрываю языком ее губы и тут же врываюсь внутрь, смакуя самый прекрасный в мире вкус. Она отвечает на мой поцелуй, повторяет жесткие движения моего языка, постанывая так чертовски сексуально. Ее пальчики тянутся к моей рубашке, пока мои ладони обхватывают ее упругие ягодицы, как вдруг она резко от меня отстраняется.

– А вдруг мы навредим ребенку?

Улыбаюсь и прикусываю губу.

– Мы ему не навредим.

– А что, если…

– Милая, хватит думать о плохом. Я прошу тебя.

Вновь притягиваю ее к себе, на этот раз нежно коснувшись кончиком своего носа ее.

– А что, если я буду плохой матерью? Я никогда не думала, что у меня будут дети.

– У нас, – выдыхаю. – У нас будут дети, Хлоя. Я тоже участвовал в процессе вроде как.

Она закатывает глаза.

– И ты будешь прекрасной матерью. Самой прекрасной. Наш малыш уже тебя любит, поверь мне.

– Откуда ты знаешь?

– У нас с ним ментальная связь.

Хлоя утыкается мне в плечо и начинает хохотать.

– Одевайся! – хлопаю ее по заднице. – Если не хочешь пропустить, как малышка Тиджея и Джессики будет выходить замуж.

– Честно говоря, до последнего думала, что Тиджей не позволит этой свадьбе случиться, – произносит она, надевая платье.