Открыв глаза, Лоуренс увидел, что Отчаянный полосует когтями брюхо противника, а стрелки поливают огнем вражеских низовых.
— Отчаянный, держи строй, — крикнул капитан; еще немного, и звено ушло бы вперед.
Империал, поспешно замахав крыльями, занял свое место. Сигнальщик Саттона поднял зеленый флажок, и вся формация, описав тугую петлю, проделала разворот. Лили, открыв пасть, неслась вперед с громким шипением. Флер-де-нюи еще не прозрел, из его ран хлестала кровь. Экипаж тщетно пытался увести его в сторону.
— Сверху! Сверху! — Левый наблюдатель Максимуса тыкал куда-то в небо. В тот же миг оттуда обрушился громовой рев, а следом показался гран-шевалье. Из-за бледного брюха наблюдатели не заметили его в облаках, и теперь он, распустив когти, падал прямо на Лили. Он был почти вдвое больше нее, а весом превосходил даже Максимуса.
Мессория и Имморталис, к испугу Лоуренса, резко ушли вниз. Именно такой реакции опасался Селеритас при внезапной атаке сверху. Нитидус затрепетал крыльями, но удержал позицию, Дульция тоже устояла, однако Максимус рванул вперед, а сама Лили закрутилась на месте. Боевой порядок сменился хаосом, и ее никто больше не прикрывал.
— Ружья товсь, целься прямо в него! — заорал Лоуренс.
Отчаянный не нуждался в сигналах: замерев в воздухе на пару мгновений, он тут же ринулся на защиту Лили. Шевалье был слишком близко, но они, нанеся первый удар, могли еще спасти Лили от самого худшего и дать ей время напасть самой.
Четверо других французских драконов снова пошли в атаку. Отчаянный, сделав рывок, увернулся от когтей пешера-куронне и налетел на шевалье в тот самый миг, когда тот запустил когти в спину Лили.
Драконица пронзительно закричала от боли и ярости. Все три дракона свились в один клубок, машущий крыльями, орудующий когтями. Лили, не способную плевать вверх, следовало поскорее вывести из свалки, но Отчаянный сильно уступал величиной шевалье, и тот вонзал свои стальные когти все глубже. Экипаж Лили бил по ним топорами.
— Бомбу сюда, — приказал Лоуренс. Он собирался метнуть ее в подбрюшную сбрую шевалье, несмотря на риск задеть Лили и Отчаянного.
Отчаянный, раздувая бока, продолжал кромсать шевалье. От его рева у Лоуренса болели уши. С другой стороны, заслоненный от Лоуренса тушей француза, столь же оглушительно взревел Максимус. Совместная атака подействовала, и шевалье, клекоча не менее громко, отпустил Лили.
— Отрывайся, Отчаянный, заслони Лили от него! — закричал Лоуренс.
Отчаянный послушно бросил врага и спикировал. Израненная длиннокрылка быстро теряла высоту. Недостаточно было отогнать шевалье: теперь, пока она снова не изготовилась к бою, ей грозили другие драконы. Капитан Харкорт отдавала команды, которых Лоуренс не разбирал. Подбрюшная сбруя Лили внезапно отвалилась, как большой невод, и рухнула в Английский канал вместе с бомбами, багажом и прочей оснасткой. Наземная команда пристегнулась к другим лямкам.
Лили, избавленная от лишнего груза, с огромными усилиями снова пошла на подъем. Раны ей затыкали тампонами, но Лоуренс даже издали видел, что их надо зашить. Максимус схватился с шевалье, но пешер-куронне и флер-де-нюи, составив клин с третьим средневесом, готовились к новой атаке на Лили. Отчаянный, заняв позицию чуть выше нее, угрожающе шипел и шевелил окровавленными когтями. Лили набирала высоту слишком медленно.
Прочие британские драконы уже оправились от испуга, но порядок не восстанавливался. Харкорт хватало забот с Лили, Мессорию внизу атаковал последний французский дракон, пешер-райе. Французы явно вычислили, что командир звена — Саттон, и удерживали его подальше от боя. Лоуренс невольно отдавал должное их стратегии. Он, как самый молодой капитан звена, не мог принять на себя командование, но ситуация вынуждала к каким-то немедленным действиям. |