Джек покачал головой.

— Я уже говорил тебе, Дрейкос. Мы не можем бороться с Корнелиусом Бракстоном и победить.

— Тогда не борись с ним ради победы, — сказал Дрейкос. — Борись с ним, чтобы поступить правильно.

Джек фыркнул.

— То же самое, что оттащить Думбартона с горячей земли на Йоте Клестиса?

— Да, — сказал Дрейкос. — Я не ожидаю никакой выгоды от своего поступка. Я не ожидаю и того, что Думбартон поблагодарит меня, если наши пути снова пересекутся. Я сделал это потому, что поступить так было правильно.

Джек опустил глаза на карты в своих руках. Дядя Вирдж сильно поспорил бы с такой позицией. Он напомнил бы Джеку, что нет никого, кто бы присмотрел за Джеком Морганом, кроме самого Джека Моргана. Он заметил бы, что война могущественных корпораций была не делом Джека и чем скорее он уберется с линии огня, тем лучше. Но дяди Вирджа здесь не было.

— Тебе легко говорить. — пробормотал он. — Это же я вляпался в самое пекло. Тебе-то терять нечего.

— Наоборот, — сказал Дрейкос. — У меня есть жизни моего народа.

Джек испуганно поднял глаза.

— Что?

— Человек за столом на “Адвокате дьявола”, — сказал Дрейкос. — Ты не узнал его голос? Это был тот самый человек, который руководил отрядом, обыскивавшим “Исследователя небес”.

У Джека все сжалось внутри.

— Да, я его узнал, — признался он. — Я надеялся… что ошибся.

— Это был тот же самый человек, — твердо проговорил Дрейкос. — Поэтому передо мной стоит тот же выбор, что и перед тобой. Выполнить его приказ, пожертвовать владельцем цилиндра, а потом, получив свободу, этого человека найти. Или пойти против него сразу и таким образом поставить под удар жизни к'да и шонтинов.

Джек вздохнул.

— Ты, наверное, плохо разбираешься в ситуации, — сказал он. — Если бы это были только твои валагуа и какие-то пираты или наемники, которых они подобрали по пути. Но в игре “Бракстон Юниверсис”… — Он покачал головой. — Мы не можем сражаться со всем Рукавом Ориона, Дрейкос. Я не знаю, что имеет против твоего народа Бракстон или же почему он оказался в это замешан. Но мы не можем сражаться с ним и с теми, кого он прячет за пазухой, да еще и со “смертью” в придачу.

Мгновение Дрейкос молчал.

— Если ты говоришь правду, противники у нас действительно очень серьезные, — сказал он наконец. — Но, опять-таки, противников не тревожит правота или неправота их действий. А я верю, что мы уже выбрали, каким должен быть правильный путь.

Джек слабо улыбнулся.

— Итак, ты хочешь победить “Бракстон Юниверсис”, — сказал он. — Со мной на пару.

— Конечно, начать мы должны вдвоем, — согласился Дрейкос. — Но это не означает, что по пути мы не обретем союзников. Владелец цилиндра, во-первых, возможно будет благодарен за помощь…

Джек снова покачал головой.

— Я даже наяву слышу, что сказал бы об этом дядя Вирдж.

— Могу себе это представить, — согласился Дрейкос. — Но вопрос в том, что должен сказать ты.

Джек вздохнул.

— Рукав Ориона — большое место, — проговорил он. — Даже Корнелиус Бракстон может отыскать себе занятие получше, чем выслеживать какого-то сопливого мальчишку, который подпортил ему дела. Согласен, давай нанесем удар.

Дрейкос наклонил голову.

— Я горжусь тобой, Джек, — сказал он.