Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +
Только самым молодым. В них воплощались детские мечты, звучали песни звездолетчиков, пробирались по Паутине великие корабли. Он рассказывал сказки о теплых мирах и дальних солнцах, о народах, которых не видал никто из жителей Нижнего Города, о великом пламени, вспыхивающем между звезд, когда сходятся в яростной битве военные корабли. Может быть, он говорил о крушении Энхерренраата. А может быть – о другой войне, еще более отдаленной во времени и пространстве. Песни о далеких войнах он пел с тенью чувства, что давало возможность подумать, будто он видел их сам, будто он – один из тех, на чью долю достались в этих битвах лишь разбитые мечты.

 

 

 

Панцирь прервал долгое молчание:

– Если он попробует передать послание на Шолот Варагону, его схватят. Гарнизон Шолота пошлет импульс на станцию П. Джексоники. Каждый уходящий тревеллер повезет сообщение Стражам. И еще до прибытия сюда они выпотрошат мозг гонца до последнего синапса. А тогда пойдут обратно, вынюхивая его след. Первая остановка – Мерод Скене.

– Обязательно будет так плохо? – прозвенела трель леди Миднайт.

– Ха! Еще хуже, чем ты можешь вообразить. Шолотский тревеллер подбирает запрещенного оборотня из расы, которая предположительно искоренена на Мероде, и доставляет его в мир Шолота, находящийся под Запретом. Они будут искать очень тщательно. И мы должны гарантировать себе безопасность. Единственная предосторожность, о которой приходится пожалеть, – это та, которая не была принята.

Янтарная Душа металась по комнате. Она излучала острое, почти злое согласие, подкрепленное таким темным, глубоким и сильным чувством, что Миднайт от нее шарахнулась.

– Может быть, нас ждут интересные времена, – заметил Панцирь. – Я полагаю, такое должно было случиться.

 

3

 

Военачальник был высок и тощ, и черная форма подчеркивала бледность его лица. Мертвая голова. Переливающаяся в цветах и тенях от дисплеев. Твердый и темный взгляд. Тонкие и тугие губы, разучившиеся улыбаться тысячу лет назад. При его приближении, казалось, звуки становились тише, а воздух холоднее.

Военачальник окинул дисплейную стену одним внимательным взглядом:

– Удовлетворительно, вахтмастер.

– Благодарю, Военачальник.

– В высшей степени удовлетворительно.

Ханавер Стрейт направился к команде зондирования.

Начальница команды доложила:

– Второе приближение закончено, вахтмастер. Форма жизни в модуле одновременно и негуманоидная, и искусственная.

Бесстрастность вахтмастера дала трещину. Ему уже не нужно было определение от «Джемины».

– Крекелен! Ни одна чужая форма жизни в спасательный модуль тревеллера попасть не могла! Программы корабля не дали бы!

– «Джемина» подтверждает, сэр.

Военачальник почти улыбался. Долгое время уже не было дела.

– Внимание, всем частям! – Мелькающее за ним сияние коснулось его плеча. – Тревога, Красная-один!

Завопили сигналы тревоги.

– Всем батареям по готовности – огонь! Службы перехвата и преследования, запуск! Управление и связь! Подготовить разведгруппу для высадки на станцию П. Джексоники!

– Модуль уже во внешней атмосфере, Военачальник, – заметил вахтмастер.

Это значило, что лучи батарей потеряют когерентность, что снаряды полетят неточно, что истребители будут запущены зря, поскольку не смогут войти в атмосферу.

– Ракеты? Нет. Поздно. – Они разгонялись настолько быстро, что ударились бы об атмосферу, как об стену. – Отлично рассчитано. Эта тварь соображает.

– Хеллспиннеры?

– И это может быть поздно.

Быстрый переход
Мы в Instagram