Владелец почтового грузовичка стоял, не понимая ничего, пока Ханамура писал что-то по-английски на задней стороне конверта, прежде чем вручить его незнакомцу.

— Вы хотите, чтобы я отвез это в американское посольство, вместо того, чтобы отвезти вас в больницу?

— Да, я должен вернуться к моей машине. Полиция сама вызовет «скорую помощь».

Все это показалось совершенно непонятным водителю грузовика, но он согласился выполнить поручение, больше не любопытствуя.

— К кому мне обратиться в посольстве?

— К господину Шоуалтеру. — Ханамура вытащил из кармана свой бумажник и протянул водителю толстую пачку йен.

— Это вам за хлопоты. Вы знаете, как туда проехать?

Лицо водителя просияло от неожиданной удачи.

— Да, посольство находится рядом с перекрестком пятого шоссе и четвертой скоростной магистрали.

— Как скоро вы можете выехать?

— Я только что кончил ремонтировать распределитель зажигания и могу выехать через несколько минут.

— Отлично. — Ханамура поклонился. — Большое вам спасибо, скажите господину Шоуалтеру, что он должен заплатить вам вдвое больше, чем заплатил я, когда он получит этот конверт.

Затем Ханамура повернулся и шатаясь пошел через дождь в ночную темноту.

Он мог бы доехать с водителем грузовика до посольства, но побоялся, что потеряет сознание или умрет. Если случилось бы первое или второе, водитель мог запаниковать и поехать в ближайшую больницу или остановит}) полицейского. Тогда бесценные чертежи будут скорее всего конфискованы или возвращены Суме. Лучше довериться везению и чести водителя грузовика, а самому отвести погоню в другом направлении.

Ханамура, держась силой воли и тем немногим, что ему удалось выжать из своего тела, проковылял почти километр, прежде чем бронированный автомобиль выкатил из темноты парка на улицу и направится к нему. Слишком обессилевший, чтобы бежать, он упал на колени за стоявшей машиной и засунул руку под подкладку, чтобы достать капсулу с ядом. Его пальцы успели схватить маленькую пилюлю, когда бронированная машина с армейскими опознавательными знаками и красной мигалкой остановилась рядом, и ее фары отбросили тень Ханамуры на стену склада в нескольких метрах от него.

Из машины вышел человек и направился к нему. Ханамуре был виден только его силуэт, выглядевший очень странно: на нем был диковинный кожаный плащ, скроенный наподобие кимоно, а в руке он держал самурайский меч «Катана», полированная сталь которого блестела в свете фар.

Когда он подошел ближе, его лицо стало видно в свете фар. Он посмотрел вниз на Ханамуру и сказал самодовольным тоном:

— Так, так, знаменитый ловкач, продающий картины, Асикага Энсю. Я едва узнал вас без парика и бороды.

Ханамура взглянул вверх на напоминающее морду гремучей змеи лицо Моро Каматори.

— Так, так — передразнил он, — неужто это мальчик на побегушках у Хидеки Сумы?

— Мальчик на побегушках?

— Шестерка, ну, знаешь, лизоблюд, подхалим.

Лицо Каматори исказилось от злобы, и он в гневе оскалил зубы.

— Что ты нашел в Эдо? — спросил он.

Ханамура не удостоил Каматори ответом. Он часто дышал, натянуто улыбаясь. Он быстро перекатил во рту капсулу с ядом и сжал ее коренными зубами, чтобы выдавить жидкость. Яд мгновенно всосался в десны, через тридцать секунд его сердце остановится, и он будет мертв.

— Прощай, олух.

У Каматори оставалось лишь мгновение, чтобы что-то сделать, но он поднял свой меч, схватив длинную рукоять Обеими руками, и описал им широкую дугу, вложив в этот взмах все свои силы до последней капли. Изумление вспыхнуло в глазах Ханамуры на краткий миг, прежде чем смениться пеленой смерти.