* * *

– Сожалею, всадница, но ваш почтовый контракт расторгнут судебной палатой, – сухо проговорил чиновник караванной биржи. Изабелла никак не могла понять, относится он к ней как ко взрослой, как к полноправному всаднику, каковой статус был у нее теперь согласно выправленным покойным сэром Павлом документам, или как к бесправному малолетнему несмышленышу, что было гораздо ближе к ее собственному мироощущению.

– Как расторгнут? Почему? – хлопая глазами, спросила она.

– В связи с ненадлежащим исполнением с вашей стороны, – пояснил чиновник.

– Но, сударь, на то были объективные причины! Всадник Павел погиб, а я – всего лишь вчерашний оруженосец… – пробормотала девочка, сама, впрочем, понимая нелепость своих оправданий.

На самом деле, конечно, чиновник был абсолютно прав: выкупленный почтовый контракт изначально был нужен сэру Павлу лишь затем, чтобы, прикрывшись им, иметь возможность беспрепятственно пересекать Владычьи системы, исполнять договор рыцарь не собирался вовсе, но никаких проблем в этой связи у него как-то не возникало. Изабелла рассчитывала, что, значит, не возникнет и у нее, и была немало удивлена, когда патруль задержал ее в первом же Протекторате и после короткого разбирательства препроводил на Таганну.

– Сожалею, всадница, – повторил чиновник. – Но это ваши проблемы.

– И… И что же мне делать? – Изабелла готова была расплакаться, но боялась, что от этого ситуация сделается лишь хуже, и потому сдерживалась.

– То же, что и всем, – развел руками чиновник. – Обратиться на биржу и побороться за новый контракт. С учетом того, что вы, очевидно, не можете нести ответственность за нарушения, допущенные всадником Павлом, не предвижу для вас никаких препятствий.

Не предвидит он! Зато она еще как предвидит! Денег для участия в аукционе у нее нет, а выиграть контракт на турнире… Изабелла не питала никаких иллюзий насчет своего мастерства по части пилотажа. Кое-чему сэр Павел ее, конечно, обучил, но соперничать на равных с опытными всадниками – об этом, разумеется, не могло быть и речи. Чудо, что она до Таганны-то добралась…

– …надлежит завершить, – оказывается, чиновник все еще что-то там говорил.

– Что, простите? – машинально переспросила девочка.

– Я говорю, что в любом случае, если у всадника Павла остались обязательства по контракту, вам, как преемнику его «седла», надлежит их исполнить прежде, чем браться за новое дело. Исполнить безвозмездно, разумеется.

– Как же я могу их исполнить, если мне не дают летать? – пожала плечами Изабелла.

– Так у вас есть неисполненные обязательства? – уточнил чиновник. – Недоставленные письма, пакеты? Если есть – я выпишу вам подорожную на срок до трех дней. Для любого рейса в рамках контракта этого хватит с лихвой.

– Есть, – пряча глаза, кивнула Изабелла. – Выписывайте.

– Куда? – задал вопрос чиновник, потянувшись к стопке гербовых бумаг на столе.

– На Йаззу.

* * *

Открыв глаза, Изабелла увидела перед собой лицо, знакомое и незнакомое одновременно. У человека, которому оно принадлежало при жизни, левую щеку пересекал ужасный кривой шрам. У этого он тоже имелся. Но с противоположной стороны, справа, пару ему теперь составлял второй, широкий, словно от лучевого ожога.