Усадив Пеллара на свою постель, он вернулся на кухню за холодной водой и горячим кла.

— Пожар! На помощь, пожар! — услышал он с кухни голос Киндана и бросился наружу, опасаясь, что тот, кто напал на Пеллара, вернулся и угрожает другому мальчику.

— Щебетун, оставайся с Пелларом, — приказал Зист файру и ушел.

* * *

Когда Пеллар очнулся, Щебетун лежал у него под боком. Файр шевельнулся и беспокойно посмотрел на человека. Пеллару было ужасно неудобно двигаться. И тут он вспомнил — труба! Он приподнялся, но Щебетун взлетел и тяжело опустился ему на грудь. Пеллар попытался стряхнуть файра, но слишком плохо себя чувствовал, а движения выходили вялыми и дергаными. Щебетун ткнулся носом ему в руку, затем вцепился в нее передними лапками.

— Как ты нас нашел? — послышался голос с кухни. Пеллар узнал говорившего — Далор. Сын Наталона.

— Ты опоздал на вахту, — ответил Киндан.

Пеллар навострил уши. Киндан рассказал, как он понял, что труба забита, как начал бить тревогу, как открыл все двери и окна большого дома и побежал искать Далора.

Пеллар облегченно вздохнул и расслабился. Щебетун удовлетворенно свернулся у него под боком, уверенный, что Пеллар тоже заснет. Он был прав — не прошло и нескольких мгновений, как Пеллар уснул глубоким сном без сновидений.

Он проснулся от голода. В комнате висел запах остывающего супа. Он осторожно сел и — вспомнив о ноющих мускулах — медленно встал с постели. В комнате было темно. Рядом со столом горел маленький светильник, его свет отражался в фасеточных глазах Щебетуна, который сидел на спинке стула. Сторожил.

На столе рядом с Пелларом лежала его дощечка. Тут же стояла миска супа с ложкой. На дощечке Пеллара было написано: «Это с Зимнего праздника. Ешь не торопясь».

Праздник Конца Зимы. Пеллар расслышал музыку, доносившуюся из дома Наталона. Кто бы ни играл на флейте, играл он славно, и Пеллар решил немножко послушать. Щебетун озадаченно склонил голову набок, и Пеллар, погладив заботливого файра, послушно взял ложку и стал есть.

Глотать было сущим мучением, но он был слишком голоден, чтобы оставить в миске суп хоть на донышке. Когда Пеллар доел, Щебетун слетел со своего насеста и опустился на кровать, недвусмысленно показывая, что требуется от Пеллара. Пеллар был слишком слаб, чтобы спорить, а густой суп тяжело плескался в желудке. Он снова лег и заснул.

Проснулся он среди ночи от какого-то движения.

— Мастер Зист! Мастер Зист! — кричал Далор. Пеллар забеспокоился — не вернулся ли Теним доделать свое злое дело?

Зист всхрапнул и зашевелился в кресле, в котором заснул.

А? Что? — ответил он.

Моя мама, — ответил Далор. — Ребенок пошел преждевременно!

Зист поднес палец к губам, приказывая Пеллару оставаться на месте, затем схватил халат и туфли и вышел из комнаты.

Пеллар слышал, как он негромко раздавал поручения. Киндану:

— Беги к Марджит и веди ее сюда. Далору:

— Я приду сразу как оденусь. Ступай домой. Ставьте кипятиться воду, если еще не поставили. — И помягче: — Все будет хорошо, парень. Ну, иди!

Пеллар поискал взглядом одежду Зиста, соображая, что может понадобиться арфисту, и стал собирать ему вещи, смутно осознавая, что Зист с Кинданом о чем-то спорят за дверью.

— Давай, бегом! Мы справимся! — крикнул Зист, открывая дверь в комнату.

Глаза его просияли, когда он увидел, что Пеллар уже стоит самостоятельно и даже приготовил для него одежду.

— Ты останешься пока здесь, — сказал он Пеллару, быстро одеваясь. Затем окинул юношу теплым, заботливым взглядом. — Мальчик…

Пеллар замотал головой, поднял руку с раскрытой ладонью над своей головой, затем провел ей над головой Зиста.