Релкина эта информация заинтересовала.

– А ведь, пожалуй, это многое проясняет. Становится понятно, почему они так отличны от нас – я имею в виду, что мыслят они совсем по-другому.

– Мне следует прислать тебе копию этого отчета. Будет лучше, если ты сам ознакомишься с данными, полученными при вскрытии. Странно, что эта информация не получила широкой известности.

– Я никогда ни о чем подобном не слышал. Мне и в голову не приходило, что кто-то станет ковыряться в мозгу виверна, вы меня понимаете?

– Ну, ученые Имперской Академии в Андикванте исследуют множество биологических проблем… – увела разговор в сторону Лессис. – Но так или иначе, я рада слышать, что с Хвостоломом все в порядке. Он настоящий герой. Я видела его на улицах Куоша – зрелище было устрашающее. Удивительно, как враги осмеливались выступать против него.

– Да, Базил сражался здорово, а теперь быстро поправляется. Ни одна царапина не загноилась.

– Все это прекрасно, но должна предупредить, что тебе придется ответить на множество вопросов, касающихся твоих похождений в Мирчазе. Белл и Селера будут ждать тебя завтра. Я присоединюсь к ним.

Релкин помрачнел. Стало быть, он и есть вторая куропатка.

– Беда в том, Леди, что я просто не знаю, как объяснить случившееся.

– Мне это известно, я ведь прочитала отчеты. Но давай не будем здесь вдаваться в подробности… – Ведьма указала глазами на сидевшую за столом женщину. – Завтра утром. Годится?

– Да, Леди.

Придется просить Курфа, чтобы тот позаботился о Базиле. Хочется верить, что паренек справится. Малыш он неплохой, но вечно витает в облаках.

Лессис пора было уходить – в этот день ей еще предстояло встретиться кое с кем в Сторожевой башне. Еще раз пожав руки друзьям, она удалилась.

Релкин проследовал мимо все еще пребывавшей в благоговейном трепете секретарши и вместе с Лагдален поднялся по лестнице наверх, в ее личный кабинет.

Это была небольшая комната, меблированная старыми стульями, столами и шаткими книжными шкафами. Лагдален послала за чайником, выпила вместе с Релкиным горячего чаю с медом и лишь после этого перешла к делу:

– Релкин, по поводу золота возникнет множество вопросов. К ним надо подготовиться. Поэтому сейчас эти вопросы буду задавать я.

– Понятно.

– Мне потребуются твои банковские бумаги. Записи из Кадейнского банка. Они ведь у тебя есть, верно?

– Конечно.

За кого она его принимает! Все квитанции и счета, касающиеся их с Базилом денег, он хранил как зеницу она. Ведь кое-что им удалось скопить еще до путешествия на Эйго. Релкин знал, что такое акции, консоли и прочие ценные бумаги.

– Прости, просто мне нужно знать все, – промолвила Лагдален, уловив в его ответе укор. – Послушай, Релкин, проблема в том, что, насколько я понимаю, речь идет о целом состоянии. Я прочитала список якобы присвоенных тобой ценностей – он огромен. Тысячи золотых. Поразительно!

– Но ведь все это принадлежит не только мне и Базилу. Король снабдил меня средствами для учреждения фонда Стодевятого драконьего. Я заполнил все бумаги. Фонд официально зарегистрирован, налоги уплачены.

– Я знаю, Релкин, я знаю. Но присяжных трудно будет убедить в том, что такое богатство добыто честным путем.

– Кое-что я взял сам, признаю, но и король пожаловал нам немало. Золотые цепи, медальоны – все это даровано Хулапутом. Только золотые слитки можно назвать добычей – но мне кажется, что добычу эту мы заслужили.