Тассельхоф нащупал в кармане очки и, ласково их погладив, блаженно вздохнул. Они волшебные! Даже у Рейтлина нет таких чудесных очков.

Тас решил никогда-никогда не расставаться с этим замечательным приспособлением, ну уж пару недель-то точно, что для кендера, впрочем, почти сопоставимо с вечностью.

Пока Флинт шел по Большому Променаду, светя фонарем то туда, то сюда, он забыл и про Таса, и про исчезающую стену. Молот завладел всеми его мыслями.

В каждой нише, мимо которой он проходил, стояла статуя гнома в доспехах времен короля Дункана. Двигаясь мимо этого длинного ряда, Флинт представлял себя в ореоле славы, гномы в церемониальных одеждах собрались, чтобы воздать ему почести. До его слуха явственно доносились их восхищенные голоса: Флинт Огненный Горн, Вернувший Молот! Флинт Огненный Горн, Объединивший Народы! Флинт Огненный Горн – Кузнец Драконьих Копий! Флинт Огненный Горн – Великий Король!

Нет, решил Флинт, становиться Великим Королем ему положительно не хочется. Это означало бы, что он должен жить под горой, а он слишком любил свежий воздух, синее небо, солнечный свет. Но и другие титулы звучали весьма и весьма привлекательно, особенно Кузнец Драконьих Копий. Вот он проходит мимо строя гномов, вытянувшихся в струнку, а вот стоит Стурм и отдает ему честь, он великолепен в своих старинных доспехах. За ним Карамон, с гордым и торжественным видом, и Рейстлин, смиренный и едва смеющий поднять глаза в присутствии великого гнома.

Лорана тоже там, улыбается ему, целует, и Тика там, и Отик, который заверяет, что в его таверне Флинта всегда ждет бесплатный эль, если, конечно, он почтит их своим присутствием. Тассельхоф подпрыгивает тут же, смеясь и маша руками… Нет-нет-нет! Никаких кендеров в его мечтах! Он прошел мимо Хорнфела, который отвесил ему глубокий поклон, и наконец, остановился рядом с Танисом, который с гордостью приветствовал старинного друга. А в самом конце ряда стоял разряженный гном из его сна. Гном ему подмигнул.

– Времени осталось мало… – произнес Реоркс.

Флинт весь похолодел. Он остановился и утер со лба холодный пот. Затем обернулся и напустился на кендера:

– Так ты мне помогаешь? Ты в каких облаках витаешь, а? У нас жизненно важное дело, а ты лодырничаешь тут!

– Вовсе я не лодырничаю, – обиделся Тас. – Я ищу Армана. Не думаю, что он был здесь. В пыли отпечатались бы его следы. Он, вероятнее всего, не знает про то, что эта стена никакая не стена вовсе.

– Похоже, так, – протянул Флинт, чувствуя укол совести. В своих грезах о славе он начисто позабыл о молодом гноме.

– Может, нам стоит вернуться? – спросил кендер.

Ряд статуй закончился, от зала ответвлялся узкий коридор, поворачивавший налево. Согласно карте, коридорчик этот вел к лестничному пролету, который, в свою очередь, вел к еще одной потайной лестнице. Молодой Арман никогда бы ее не нашел. Он мог добраться до Рубинового Покоя и другим путем, минуя эту лестницу, но тот путь был длиннее и много сложнее. Если, конечно, Карас не показал ему дорогу.

– Мы уже близки к цели, если, конечно, верить карте. Сначала разыщем Молот, потом – Армана, – решил Флинт.

Он направился вперед по коридору, кендер шел за ним по пятам. В конце действительно показалась лестница. Когда Флинт начал подниматься по ступенькам, вновь заныли мышцы ног и заломило колени, стало мучительно не хватать воздуха, что часто случалось с ним в последнее время. Он попытался отвлечься, размышляя над тем, как он поступит, если Молот окажется в его руках.

Он знал, чего хотели от него Стурм и Рейстлин. Он знал, чего ждал от него Танис.