Через мгновение Эш ответил:

— Ты в опасности из-за своей изоляции, Райли. Ты держишь всё в секрете, и если убийца подумает, что ты знаешь что-то, он также может подумать, что убив тебя, уничтожит или уменьшит угрозу.

— Знаю, — сказала она.

— Ты хочешь рискнуть?

— Обычно я рискую.

Обычно, но не всегда. Потому что Бишоп обычно знает, что происходит во время расследования, даже если она ему не сообщала. В ее жизни. Черт, в ее разуме. И другие члены команды часто знали, потому что сложно хранить секреты в группе экстрасенсов.

Но не в этот раз. Бишоп и остальные, очевидно, слишком заняты своими расследованиями и разбросаны по стране, чтобы чувствовать то единение, которое она испытывала с тех пор, как присоединилась к ООП.

Или, может, всё дело в ней, в отсутствии или приглушенности ее собственных способностей. В любом случае, ее рискованная работа становилась опасней, чем всегда.

На сей раз она чувствовала себя одинокой.

По-настоящему одинокой.

— Я не знаю, хочу ли так рисковать, — задумчиво говорил Эш. И потом сразу добавил: — Вообще-то, я совершенно уверен. Я не желаю рисковать тобой, Райли.

— Эш…

— Да, знаю, что твоя работа, независимо от обстоятельств, опасна. Для тебя это нормально. Я также знаю, что ты хорошо обучена в армии и ФБР, что значит, что ты можешь сама о себе позаботиться практически в любой ситуации. И в этой также. И я знаю, что ты прекрасно справлялась без меня около тридцати лет.

Он припарковал хаммер возле полного людей кафе, заглушил двигатель и серьезно посмотрел на нее.

— Но я прошу тебя на сей раз, во время этого расследования, нарушить несколько правил и сказать мне, что происходит.

— Так просто не бывает, — пробормотала она. — Нарушь одно правило, и вот твоя жизнь уже хаос. Ты бегаешь с ножницами, выходишь за рамки рисунка, кладешь локти на стол. Анархия.

— Перестань сваливать всё в кучу. Слушай, я могу разделять личное от профессиональных обязанностей.

— Я не уверена, что могу, — призналась она.

— Я уверен. Поверь мне, Райли.

Хотя ей не нравилось манипулировать, но она, тем не менее, воспользовалась лазейкой:

— Не честно просить меня о чем-то, когда я умираю с голоду и не могу мыслить трезво. Ты же не хочешь победить таким способом?

— Я хочу победить любым способом, — ответил Эш. — Ты этого еще не поняла?

Но он не стал настаивать на ответе, и хорошо, так как Райли не знала, что ответить. Он вышел из машины, и Райли, идя за ним, понимала, что ей придется решить, стоит ли доверять Эшу, — и решить ей придется, не имея дополнительных чувств, на которые она полагалась всю свою жизнь.

Слепо доверять.

И она не уверена, что способна на это.

глава 11

Райли решила приблизиться к дому Пирсона с пляжа. Приняв это решение, она после обеда с Эшем вернулась к себе домой, чтобы поменять сумочку на длинном ремешке на смешной, достаточно большой рюкзак, в который помещалось оружие, удостоверение личности, несколько энергетических батончиков и ключи. Затем нашла солнечные очки, за которыми она, наконец-то, могла хоть частично спрятать свою нерешительность, и вышла вроде как на обычную прогулку.

"Обычная прогулка" на пляже предполагала убрать оружие с глаз долой. Или, по крайней мере, именно это она сказала себе.

«Это вопрос здравого смысла. Иногда я ношу оружие на своем бедре, иногда я скрываю это.