– Не заблудятся они? – спросила Тамара, оглянувшись на бегущих по аллее детей.

– Нет, Настя хорошо знает парк, мы тут часто бываем. Этим летом, правда, впервые: нога меня подвела – артрит замучил, даже трость пришлось завести.

– Хорошая у вас девочка!

– Вся в отца, – с нежностью произнесла Людмила. – Очень на него похожа. Ваша тоже в папу удалась, правда?

– Да, вылитая! Только, к счастью, поживей. А то папа у нас такой… задумчивый. Но надежный, заботливый.

– У вас хороший брак?

– Да не жалуюсь! А у вас?

– Я не замужем, одна Настю ращу.

– Так вы вдвойне героиня! Он что, бросил вас?!

– Нет, это совсем другая история…

Людмиле явно хотелось выговориться перед незнакомым человеком, а Тому разбирало женское любопытство:

– Ой, простите, я не подумала! Он умер, да?

– Нет. – Людмила улыбнулась. – Жив-здоров. Дело в том… Боюсь, вы меня осудите!

– Ну что вы! С какой стати мне вас осуждать? – Тамара слегка покраснела, потому что, честно говоря, уже осудила: в таком возрасте заводить ребенка просто безответственно, а без мужа – тем более!

– Дело в том, что он женат. И гораздо моложе меня.

Вот это да! У Томы загорелись глаза – она обожала скандальные житейские истории а-ля Пугачева – Галкин! Обсуждая сложные романы и любовные многоугольники звезд шоу-бизнеса или знакомых, она каждый раз испытывала чувство глубокого морального удовлетворения: у нее-то самой все правильно и стабильно. Всякое, конечно, случалось… Но ведь она справилась!

Как можно – изменять, разводиться, соблазнять чужих мужей, заводить романы с юнцами, рожать детей вне брака?! И оправдывать все любовью?! Это же безнравственно! Должно же быть чувство долга! А поскольку все вокруг нее только и делали, что разводились и заводили романы, Тома привыкла смотреть на окружающую действительность с брезгливой снисходительностью, как правоверная среди язычников, никак не поддающихся перевоспитанию. Но надо же было узнать подробности, и она постаралась как можно более естественно произнести сочувственным тоном:

– Ой, в жизни всякое может случиться!

– Именно так это и произошло – совершенно случайно! Он тоже москвич, в командировку приезжал. И так получилось, что… У них с женой была в этот момент сложная ситуация… Он сильно переживал! Это вообще очень эмоциональный, тонко чувствующий человек. Ну, в общем, я его пожалела. И теперь у меня есть Настя.

– И вы больше не виделись?!

– Нет, почему? Мы видимся довольно часто. Он помогает нам с Настей, не оставляет. Дочка, правда, не знает, кто он. Я сказала – друг отца.

– А как же вы Насте про отца объяснили?

– Да, это была проблема! Пришлось похоронить, к сожалению. Якобы авария. Ведь там жена, дети. Я совсем не хотела ничего разрушать! Потом у них все постепенно наладилось. Как ни странно, именно я помогла ему вернуться в семью.

– И вы никогда не чувствовали себя обделенной?!

– Нет, что вы! Я так благодарна судьбе! У нас с мужем детей не было, и я уже потеряла надежду. Муж умер, а потом я встретила Диму, и вот…

– Диму?! Надо же! Моего тоже зовут…

И в этот самый момент вернулись Антошка с Настей, притащившие пакетик с пачками мороженого для двух мам и Кати – свое они уже съели по дороге. Антошка еще издали закричал:

– Мам! Ты представляешь?! Мам!

– Антон! Не кричи так, сколько раз говорить!

– Мам, а у Насти такая же фамилия, как у нас! Артемьева! Правда, здорово?

В голове у Тамары вдруг что-то щелкнуло, и, еще боясь поверить до конца, она медленно спросила у Людмилы:

– А кто он по профессии? Ваш Дима?

– Дима? Программист.