— Он так сказал? — уточнил Зандер.

— Да, примерно так. Кроме того, он рассказал, что вложил деньги своего отца в фирму, а вовсе не отдал их Паули.

— Похоже, он вам доверяет, — заявил Зандер. — Это хорошо. Меня он считает просто тем, кто исполняет просьбы его отца. Меня очень радует, что он пошел собственным путем. Надеюсь, что сложности с психикой не перечеркнут все его планы.

— Что вы имеете в виду? — удивленно спросила Пия.

— Лукас пережил в детстве несколько тяжелых утрат, — пояснил Зандер. — Он был лишен домашнего тепла, которое необходимо каждому ребенку. Нужны ведь не только одежда, еда, образование и крыша над головой.

Они прошли дальше, мимо загона с антилопами куду и гонными кенгуру. Зандер достал связку ключей и отпер ворота, которые с Тропы философов снова вели на территорию зоопарка.

— Наверное, вы знаете, о чем говорите, — сказала Пия. — Тони рассказала мне, что вы потеряли жену.

— Пятнадцать лет назад, — подтвердил Зандер, немного помолчав. — И день за днем проводил с тремя маленькими дочерьми.

— Как это случилось? — тихо спросила Пия.

— Инсульт. Ничто не предвещало. Карла пролежала в коме два месяца, а потом умерла. — Зандер глубоко вздохнул. — Это случилось за неделю до того, как мы должны были улететь в Намибию, как давно уже хотели. После ее смерти все планы рухнули, и я остался в Германии. Это было совсем непросто, но, думаю, я хорошо справился с девочками. — Он улыбнулся, но улыбка сразу погасла. — У меня хорошие отношения с дочерьми. И даже когда Анника два месяца назад сообщила мне, что беременна, это не стало катастрофой. Возможно, поэтому Лукас и Свения охотно у нас бывают.

— Свения кажется мне такой несчастной, — сказала Пия.

— Да. Некоторые думают, что достаточно просто материально обеспечивать детей. — Голос Зандера зазвучал жестче. — С Лукасом так же. Я знаю мальчика с девяти лет. Уже тогда у него были проблемы.

— Какие?

— Он выдумывал себе друзей и собственный мир. В одиннадцать лет отец впервые отправил его к психиатру вместо того, чтобы просто больше уделять ему внимания.

— Вы думаете, Лукас болен? — спросила Пия. Ей стало не по себе, вновь ожили сомнения.

— От него всегда слишком многого ждали, — сказал Зандер. — Он всячески пытался компенсировать это давление, устраивая скандалы, чем бы ни занимался: спорт, курение, наркотики, секс. Пару лет назад у него был нервный срыв, после которого он бросил школу. Это его способ противостоять отцу, при этом он хотел лишь любви и признания. Собственно, Лукас очень несчастный мальчик.

— Его отец должен гордиться, — заметила Пия. — Лукас делает на компьютере невероятные вещи.

— В глазах ван ден Берга это просто пустая трата времени, — возразил Зандер. — Его отец принадлежит к другому поколению. Лукас должен изучить банковское дело, отслужить в армии, получить высшее образование. В зоопарке он работает только потому, что отец полагает, будто это должно научить его дисциплине.

— Я думаю, надо быть невероятно дисциплинированным, чтобы писать компьютерные программы, работая днем в зоопарке, вечером в бистро, и руководить при этом компьютерной фирмой.

Постепенно Пия начала понимать Лукаса. Он отчаянно жаждал признания, настоящей искренней привязанности, которая не зависела от его внешнего вида.

— Он, наверное, не рад своей красоте, — сказала она.

— Да, насколько я знаю, — кивнул Зандер.