— Почему вы хотите оставить ее в живых, граф Орловский, эту кашмарницу? Ведь вы и сами едва не погибли от ее рук, — проговорила Анастасия.

— Потому что она помогла мне расправиться с Линовским. Потому что она жертва. Потому что ее держали в подвале заброшенного отеля и пичкали зельями, чтобы она могла вредить окружающим.

— Это правда, — сказал Денис, — я был там. И помогал Игнату перевезти ее в больницу. Она очень плохо выглядела.

— И вы даже оставили там взвод магов-охранников, верно? — усатый Александр посмотрел на Дениса.

— Верно, братец.

— Ее может попытаться убить Малиновский. Он замешан во всем этом, — сказал я.

— К сожалению, вздохнул Евграф, — то что бастард господина Малиновского был найден мертвым в подвале Розы Ветров, говорит только о том, что он был в сговоре с фон Миллеровыми. А эта проблема решена, с вашей помощью, конечно, — поклонился князь, — вы навели нас на Миллеровых, и устранили второго главаря банды. За это мы признательны, а вы не останетесь без награды.

— Если вы мне признательны, — смело сказал я, — то уберите от снящей руки. Она тоже лишь пешка в этой игре. И теперь я заявляю, что девушка под моей защитой.

— Я поддерживаю Орловского, — поднял руку Денис, — этот узел развязался только благодаря ему.

— Но поймите, — Анастасия многозначительно посмотрел на меня, — мы лишь беспокоимся о безопасности дома. Мы уже потеряли одну из самых перспективных невест. К счастью, с Сапфирой все хорошо. Девочка пришла в себя.

— За что я лично вам благодарен, граф, — вставил Иван, — спасибо, что спасли мою дочь.

— Как это, потеряли? — нахмурился я.

— Тильду не получится залечить бесследно, — уточнил Александр Фомин, — это потеря. На ее лице останутся шрамы.

— Ее жизни ничего не угрожает? — спросил я.

— Не угрожает, — вздохнула старая Анастасия.

— Тогда это победа.

Все замолчали. Князь смотрел на меня безэмоционально. Непонятно было, что конкретно он думает.

— Все же, — шевельнул белым усом Александр Фомин, — оставлять ее в живых опасно. Мы не знаем ни мотивов, ни способностей этой кашмарницы.

— Вы все, — вздохнул я, — наперегонки мне благодарны. Сами меня в этом заверяете. Но почему-то отказываетесь поверить в том, Лолита не опасна. Теперь.

Никто не ответил. Князь был также безэмоционален. Остальные переглядывались недоуменно. Только Денис выглядел так, будто весь этот совет в печенках у него сидит.

— А сами говорите, — продолжал я, — что боитесь ее. Не знаете, чего она хочет и что может. А я узнаю. Хочу узнать. Чтобы понять ее.

— Поделитесь ли вы знаниями, — сказал вдруг князь Фомин, — если дом вас попросит? Попросит исключительно вежливо. Мы тоже хотим знать, что нас так напугало, а в перспективе, могло лишить могущества.

— Если попросите вежливо, — кивнул я.

— Тогда решено. Фомины не будут объявлять кровную месть неизвестной дворянке по имени Лолита. Не будут требовать удовлетворения своей части и безопасности, ибо дом считает их удовлетворенными. Благодарю вас, граф Орловский. Вы будете щедро награждены за ваш вклад. И помощь дому, без которых мы, несомненно, не смогли бы обойтись, — он встал и поклонился.

Остальные, смирившись с вердиктом главы, встали и поклонились тоже. Кроме Дениса. Его поклон был искренне благодарным.

* * *

Дом Малиновского.

Вечер того же дня.

Семен нервничал. Он часто дышал и потел. Не мог успокоиться и то и дело ослаблял ворот рубахи.

— Чего же ты так волнуешься, Сеня? — прозвучал глубокий мужской голос, резонирующий внутри золотой маски, — мы лишь обсудим очередную твою неудачу.